От удивления я умудрилась сесть, не выпутавшись из одеяла. В отблесках огня лицо моего собеседника показалось мне смутно знакомым, но приглядевшись, я поняла, что ошиблась. Это просто тени играли на его лице, превращая его то в безумно привлекательного мужчину, то в какого-то жуткого монстра. Однако на Василину ни тот ни другой совершенно не походили.
— Вам несказанно повезло, что мой путь пролегал как раз вдоль берега, — не дождавшись ответа, обронил мужчина. — Когда я вас нашёл, вы уже мало походили на живого человека. Я и не верил, что всё хорошо закончится. Вы везучая.
— Была раньше, — печально выдохнула я.
Голос был неузнаваемо хриплым.
— Вижу, без последствий всё-таки не обошлось. И да. Я был вынужден вас переодеть. Вы уж простите, но это было необходимо.
— Ничего, я понимаю… — я постаралась не показать, насколько смущена его заявлением. Ведь, как ни крути, мужчина всё сделал правильно. — Вы действительно очень вовремя оказались рядом.
— А вы? Как вас угораздило искупаться в такую неподходящую погоду? Да ещё в одежде, с вещами… Свалились с обрыва, что ли?
Параллельно с разговором мужчина принялся копошиться в своей сумке, по очереди доставая оттуда какие-то травы и кидая их в небольшой котелок, стоящий на земле. На две чашки от силы. Он делал это небрежно, ничего не отмеряя и вообще практически не глядя на руки. Что прямо намекало на его профессию. И становилось ясно, что же он делал весной в пустом лесу.
Некоторые лекарственные растения нужно собирать строго в определённое время года... А то и суток.
— Нет, выпала из поезда…
— О как! — Мужчина на мгновение отвлёкся от своего занятия. Конкретно в ту минуту он уже заливал травы водой из фляги. — И куда же вы направлялись?
Я не знала, что ответить.
Действительно, куда мы ехали? Зачем бежали, если Каратель всё равно меня догнал…
Тут я вспомнила, что прыгнула одновременно с его замахом. А значит, уже должна быть трупом, если Кара всё-таки достигла цели. И начала судорожно разматывать одеяло, чтобы поискать следы надвигающейся гибели.
Раз я не умерла на месте, значит, Каратель наслал на меня нечто ужасное, отсроченное и мучительное! Либо он промахнулся, что тоже требовалось проверить.
— Что с вами? — встрепенулся мужчина. — Не торопитесь, давайте я подсоблю. Вам плохо?
Он быстро повесил будущее лекарство над огнём и переместился ближе ко мне, собираясь помочь. Я рефлекторно отпрянула. Что не укрылось от внимания мужчины.
— Как хотите, — он отступил, демонстративно продемонстрировав мне пустые ладони. — Могу отвернуться или отойти, чтобы не смущать вас. Полагаю, ваши вещи уже высохли.
С этими словами мужчина отошёл к ближайшим деревьям и встал спиной ко мне. Так, чтобы я отчётливо различала его силуэт и могла заметить малейшую попытку подглядеть.
Хотя если он меня раздевал, то уже рассмотрел всё в подробностях… Но это не было поводом давать ему право любоваться мной снова! Как бы сильно я ни была ему обязана.
Одежда и одеяла сушились на рогатинах, воткнутых в землю недалеко от меня. Я высвободила руки и схватила бельё, штаны и рубашку. Затем выпуталась из одеяла и с удивлением обнаружила, что на мне надета чужая рубашка. Мужская и чистая, с сильным запахом полыни, аромат которой насквозь пропитал вещи моего нового знакомого.
Возможно, мешочек с той злополучной травой прорвался в его сумке. Или он специально использовал настой на её основе для защиты от кровососущих насекомых. Благодаря чему меня впервые за много ночей не доставали вездесущие мошки. А ведь эти твари очень любят влажные места. Лес возле реки должен был просто кишеть ими! Но нет.
Удивительно.
В процессе переодевания я внимательно себя осмотрела, однако никаких настораживающих признаков не заметила. Что ещё ничего не доказывало, но на душе капельку полегчало.
Как знать, вдруг мужчина чем-то меня напоил, пока я была без сознания, что ещё сильнее отсрочило неизбежное… Или насланная Карателем болезнь не имеет внешних проявлений.
Вздохнув, я быстро оделась и завернулась обратно в нагретое одеяло. Свои я пощупала, но они ещё не просохли.
Чужая рубашка была приятной на ощупь, мягкой и тёплой, но привычные вещи всегда комфортнее телу. Хотя бы потому, что не были мне столь велики.