«Пускай повозится со мной!» — решила я.
Нагнулась и быстро схватила мячик. А следом что-то просвистело совсем близко от моего плеча, не задев меня и краем.
Я удивлённо подняла голову, сжимая в руке нечто тёплое и пульсирующее. Будто живое. Но вместо смерти ко мне пришло ощущение власти, неких сил, которые заполнили меня изнутри, хотя сами явно пришли снаружи. А ещё я стала немного иначе слышать окружающий меня мир. И видеть гораздо ярче и отчётливее.
Между тем Лина уже достала другое оружие, что-то вроде шестиконечных звёздочек из стали, с заточенными краями и острыми углами. И уже замахивалась. А я стояла и ничего не понимала.
Почему я ещё жива? Как так получилось? Или это лишь моя душа? Сознание, принявшее облик призрака? Но никакого тела под ногами вроде не валялось...
Свист пролетающих мимо стальных смертей вывел меня из ступора. Зато ввёл туда Василину:
— Что?! Я не могла промахнуться! Ах, ты, скотина! — Она стремительно повернулась к неподвижному Карателю. — Вот, значит, что ты на неё наложил? Защиту? Ну, ничего. Тебе повезло, не будешь больше мучиться.
У неё в руках заискрилась ещё одна звёздочка. Но целилась она уже не в меня.
Не знаю, что на меня нашло. Я замахнулась Карой, даже не подумав о возможном провале, хотя раньше никогда не славилась особой меткостью:
— Чтоб ты сдохла в таких же муках, как твои жертвы!
Кара полетела в ошарашенную моим криком женщину, которая физически не успевала ничего сделать. Только встретить свою судьбу лицом к лицу.
Уж не знаю, что она там почувствовала, но раздался истошный визг. Я и не предполагала, что Василина может взять такую высоту.
Не прекращая орать, женщина с жутким хрустом согнулась сначала назад, практически коснувшись волосами земли, затем вбок, под ещё более неимоверным углом, потом ещё, ещё и ещё — каждый раз в разные стороны — и замолчала, осев бесформенной кучей. Это заняло не больше нескольких секунд, но кошмарная картина ещё минут пять стояла у меня перед глазами, рисуя перемолотые в фарш кости, мышцы и внутренние органы, заключённые в оболочку из кожи без единой дырочки... Однако приближаться к Лине и проверять догадки своего воображения я не рискнула. Мне было плевать, что именно с ней сталось. Я чувствовала себя совершенно опустошённой.
Тихо подошла к Андрию, опустилась на колени и перевернула его на спину. Он был ещё в сознании, глаза смотрели в бескрайнее небо и наверняка смогли бы сфокусироваться на мне, пожелай я заслонить ему этот волшебный вид. Но его лицо уже приобрело ярко-синий оттенок, вены на шее вздулись, а дыхание то и дело прерывалось, вынуждая моё сердце испуганно сжиматься в ожидании неминуемого конца. Ведь когда-нибудь он всё равно наступит... И я не могла ничего сделать.
От этого было особенно горько. А рядом, как назло, не было никого, способного оказать мне поддержку. Лишь парализованное тело.
Я поняла, что плачу, только когда на куртку Карателя упало несколько слезинок.
— Прости меня. И спасибо. Если бы я могла тебе помочь… Облегчить твою участь, а лучше спасти… Прости, мне так жаль!..
Я всхлипнула и прижалась щекой к его груди. Не было сил смотреть, как в нём медленно угасает последняя искорка жизни.
В руке что-то возникло. Я посмотрела.
Мячик.
Значит, всё это было правдой. О том, как становятся Карателями. О том, что Кара — это нечто живое. Часть Карателя.
«Я — Каратель».
Эта мысль не доставила мне никакого удовольствия. Зато вслед за ней в голову пришла другая.
«Я могу облегчить его уход».
Я выпрямилась и последний раз посмотрела ему в глаза. Они были широко открыты, но зрачки уже затянуло чем-то белёсым. И всё же я ещё слышала, как бьётся его сердце. Неспокойно, но бьётся.
Я не знала, как действует Кара. Как она отзывается на призыв хозяина. Однако только что я убила, произнеся своё желание вслух. Стоило попробовать ещё раз.
Я зажала мячик между ладонями, пытаясь как бы влить в него свою просьбу:
— Пожалуйста, пусть он умрёт быстро…
И потянулась к обнажённому участку кожи Андрия, рядом с шеей.
Почему-то мне казалось очень важным коснуться не одежды, а именно тела... Но в миллиметре от цели вдруг остановилась: