— Что с тобой, аримэльдэ?
— Мне привиделось, будто я смотрю на подарки, но это не те талисманы, что висят здесь. Другие. И во сне я знала, что эти подвески — судьба нашего сына. Из того, что есть здесь, в том хороводе были только собачка Анартира и твой меч. А все остальное… помню, там был зеленый, как апрель, берилл. И серебряная башенка. А мой дар превратился вырезанную из белого опала парящую чайку.
Но больше всего мне запомнились подвески, которые… встревожили меня. Золотая тэнгва «йанта» или, скорее, золотой человечек с точкой-головой и раскинутыми в стороны руками-палочками. Удивительно искусно сделанный, но во сне я знала, что с ним связано что-то горькое и недоброе. Потом был неведомый зверек, похожий на мышь или хомяка, с хвостиком из кожаного шнурка. Он казался бы забавным, если бы не крохотная золотая корона у него на голове. И еще был рамалокэ, крылатый дракон: совсем как настоящий, весь алый, золотой и черный.
Но самое… неприятное была подвеска в виде стеклянного шара. Сначала мне показалось, будто на стекле пляшут отсветы пламени, но потом я поняла, что это не отблески, что внутри шара — живой огненный глаз, который глядит по сторонам и даже моргает! Я вздрогнула, когда он устремил на меня пристальный взор. Оттого и проснулась.
— Единственное, что я могу сказать, так это то, что зеленый берилл — эльфийский камень, — промолвил отец. — Должно быть, наш сын будет дружен с эльфами. Что до всего остального, то ясно только одно: его ожидает необычная судьба.
Он притронулся к серебряному свитку с именами Валар и прошептал:
— Най и Эру и эа хан Эа тье маната, онья*.
-------
* Пусть Эру, что за пределами Эа, благословит тебя, сын мой.
Январь 2018