— Хвала небесам! — выдохнул Райнор. — Лея! Надо помочь Лее!
Он ринулся к девушке, которая лежала на руках у Арлин, которая все еще пыталась зажимать ее рану. Но не успел рыцарь сделать и шага, как ещё три тёмные фигуры выползли со стороны. Их красные глаза сверкали яростью. Из теней деревьев воставали новые мерзкие существа.
Селена резко повернулась и взмахнула посохом и тут же её световая сфера затрещала, пошли тонкие трещины, словно она слишком много сил уже затратила.
— Их слишком много… Я не могу удержать барьер и одновременно запечатывать новых, — виновато произнесла дух-жрица.
Арлин почувствовала отчаяние: а что, если даже Селена не справится? Гнев и страх Тенникса ощущался куда сильнее обычного, а ведь еще утром казалось, что ничто не предвещало беды. Она с друзьями была так счастлива проходя мимо реки Миен и зайдя в Вечно цветущую рощу. А сейчас на ее руках лежит тяжело раненая Лея, ее соратники сражаются с постоянно появляющейся нежитью, а сама она находится в ужасе от происходящего.
В голове у неё вспыхнул образ Морока — где он сейчас, слышит ли, знает ли о происходящем? Девушка, не успев додумать мысль, увидела яркую вспышку: посох Селены дал сбой, и одно из существ прорвалось к ним.
Райнор громко выругался, успев отбросить мерзкое отродье. Гнилая рука, повисая на его предплечье, процарапала через доспех до кожи. Он сдавленно застонал. Всё мигом смешалось: крики, шёпот, рёв нежити.
Вдруг воздух прорезала чёрно-золотая вспышка. Пространство померкло, а над землёй поплыли волны странного колебания, словно кто-то одним движением остановил время для врагов. Взгляд Арлин метнулся в сторону и, к своему потрясению, она различила знакомый силуэт: высокий, в длинном плаще, украшенном золотистыми узорами, на фоне стволов деревьев, которые на миг будто отступили.
— Морок! — вскрикнула она, не веря, что это не видение.
Жнец скользнул ближе: движения лёгкие, почти призрачные, а глаза в полутьме блеснули тем, что можно было принять за решимость. В его руках были песочные часы — но не обычные, на этот раз в них не виднелась ничья судьба. Стекло их было покрыто тонкими трещинами, словно они выдержали уже тысячи битв, а песок внутри мерцал неестественным золотистым светом, струился, будто живой, отражая блики возможного будущего.
Стоило лишь жнецу повернуть часы, и течение времени начинало подчиняться ему, замедляя движения тех, кто дерзнул встать у него на пути. Перевернув же их проводник душ мог ускорять время. Песок, который перетекал тонкой, едва заметной струйкой, становился безжалостным, обращая плоть врагов в прах, а твердыни и стены — в руины. Теперь часы слегка дрожали в его пальцах, ожидая лишь одного жеста, чтобы вновь высвободить сокрушительную магию времени.
— Селена, — коротко произнёс он, кивнув духу-жрице. — Ты вновь ввязалась в схватку с этими тварями. На этот раз я помогу…
Селена, смертельно уставшая, радостно выдохнула:
— Наконец-то… давно уже стоило вам жнецам появиться.
Морок вскинул часы, и круг чёрно-золотого свечения разом рассеялся в пространстве ускоряя время для злобных созданий: нежить, столпившаяся вокруг, словно попала под сухой ураган — их тела рухнули в разные стороны. Некоторые твари исчезли в дымке, а остальные испустили шипящий стон, осыпались на землю. Казалось, жнец каким-то образом перемотал время отведенное им Тенниксом.
Те, кто не рассыпался, попытались отступить в тень, но Морок не дал им шанса. Часы в его руках перевочиваясь то вверх то вниз описывали плавные полукруги: каждый их пируэт высвобождал силу, и полосы золотисто-чернильного света нещадно пожирали остатки гниющих оболочек.
— Исчезните! — бросил Морок в сторону оставшихся слуг Тенникса. — Пусть ваш хозяин знает, что этот бой он проиграл.
Несколько самых медлительных тварей попытались в последний раз прыгнуть на него, но Селена, собрав последние силы, подхватила их своей лунной магией. Запах серы и горелого гниения заполнил воздух, и всё стихло. От нежити остались лишь пятна тёмной жижи на траве.
Арлин почти потеряла дар речи, застыла, глядя на внезапно появившегося Морока. А затем выдохнула, шумно, с чувством огромного облегчения.
— Лея ранена… Селена, прошу, — смогла сказать она, взяв себя в руки.
Райнор уже держал подругу на руках; та беспомощно стонала, находясь в бреду.
Селена молча кивнула, взгляд ее помутился, но она решительно поплыла по воздуху вперёд. Казалось ее ладони легли на глубокую рану, откуда сочилась тёмная кровь, но прикоснуться она к ней не могла.