Сириус вздохнул: он ей верил. И эти отважные слизеринки были ему прекрасно знакомы. Весь дом в таких вот хитрюгах, чье место где угодно, кроме серебристо-зеленого дома. Разумеется, Альфард покопался у нее в голове. В стане чревоугодников не было сильных магов, способных проверить разум, несмотря на любые защиты. Редкий дар, который, кроме всего прочего, еще и необходимо тренировать. Постоянно. Темный Лорд весьма неплох. Но точно не сильнее Альфарда.
— Чисто, — кивнул племяннику Альфард. — Ты точно думаешь, что можно так подставлять девушку?
— Она уже себя подставила. Если они просто узнают, что она приходила… Я даже не знаю, что они сделают. А если она уйдет, ее отсекут от рода. Как ты знаешь, это гораздо хуже, чем смерть.
Марта слушала их внимательно, чуть съежившись в кресле.
— Замуж?
— За кого? Регулуса? Еще у нас Алекс не женат. Только, боюсь, они от жены ждут как раз милую домашнюю девочку, а не амазонку магического мира.
— Ладно, понял.
— Сходи, пожалуйста, в Гринготтс, — попросил Сириус, — в ячейке пятьсот шестьдесят лежат относительно новые артефакты.
— И что же ты хочешь оттуда? — нахмурился Альфард.
— Там поттеровская шкатулка. Две шкатулки. Одна мужская, другая сделана в виде ящика для украшений.
— Оу, те, что твой древний тезка выпросил у Поттеров для общения со своей невестой?
— Ага. Возьми их, еще талисман от ментальных закладок и эти телепорты в виде шпилек.
— Которые Джеймс горстями раздавал? — вспомнил Альфард.
— Именно. И еще бутылочку. Невидимые чернила с ядом василиска.
— Понял. Заодно приглашу Вальбургу в гости, не ты же будешь писать защитные руны.
Альфард вышел из кабинета, а Сириус принялся объяснять:
— Шкатулка для писем. Не дарим, даем взаймы. Как-никак, но семейная реликвия, хоть уже и не особенно нужная. Навалишь туда всяких побрякушек. Двойное дно. Вкладываешь письмо, оно передастся мне. Или достаешь мое. Письма лучше сразу сжигай, себе дороже. Шпильки делал Джеймс, пока учился артефакторике. Нужно переломить одну и перенесешься в охотничий домик Поттеров. Мы оттуда часто телепортируемся дальше, чтобы следов не оставлять.
— Экстренный телепорт?
— Весьма неплох, кстати. Можешь полностью делать прическу этими шпильками. Цисси так и ходит. Если что — вытаскиваешь, ломаешь, а потом из дома снова телепортируешься куда-нибудь, но уже сама.
— А чернила?
— Редкая вещь. Но все равно через лет пятьдесят потеряет свое свойство. Ими рисуют защитные руны на теле. Моя мама нарисует, она сильна в магии рун. Только нужно в таком месте, чтобы не увидели. Они прозрачные после высыхания, но становятся заметны, если в помещении много магии. Поэтому постарайся не гулять голой по ритуальному залу.
Марта едва заметно покраснела. Но потом встряхнула головой.
— Не знаю, увидел ли это Альфард. Папа говорил, что они устроят нападение на Медоуз-мэнор уже завтра.
Сириус на мгновение застыл.
— Он не это искал. Спасибо, что сказала.
Вальбурга, хоть и поворчала для видимости, все же выгнала сына из комнаты и начертила три маленькие руны. В Хогвартсе она любила руны, даже после свадьбы изучала их. Эти три были ее мечтой. Нарисовать и испытать — вот предел мечтаний любого Мастера Рун. Мастерство миссис Блэк не получала, но давно перешагнула этот этап. Три руны. Каждая защищает от одного из непростительных. Рисуются на теле и только чернилами с ядом василиска. Древняя магия, которая защищает даже лучше чар.
Марта ушла, неся шкатулку для писем в пакете магазина старьевщика. Ничего удивительного — туда иногда приносят удивительные вещи. А аристократки так любят все красивое. Наличие шпилек никого не удивит, а тонкий браслет на запястье почти незаметен. Вальбурга попивала чай в самом большом кабинете Блэков на Северной Аллее. Кабинет традиционно принадлежал главе семьи, но сам Сириус здесь появлялся редко. Аппарировал сюда обычно прямо из дома. Благо феникс Отто любил носить хозяина по делам. А Сириусу нравилась реакция магов, которые в его кабинете видели Отто. В Англии был известен лишь один обладатель феникса — Альбус Дамблдор, а тут светлая птица, пусть и заметно мельче дамблдоровского Фоукса, мирно сидит на насесте и провожает каждого гостя внимательным взглядом.
— Почему Отто? — оторвалась от чая Вальбурга.
— Имя ему выбирал долго. Все не нравилось. Психанул. Сказал, будешь Отто. А он еще и обрадовался.
— Странные птицы. Вроде разумны, но недостаточно.
— Не обижай Отто, — улыбнулся Сириус, — птицы перенимают черты характера временного хозяина.
— То есть мстительная птичка может прилететь в мой дом и… не знаю даже? Испортить мой утренний кофе?
Феникс на жердочке словно засмеялся, издавая курлыкающие звуки.
— Понятно. Прости, птица, у меня претензии к сыну, а не к тебе. Может мне подать заявку на Мастера Рун? — внезапно сменила тему Вальбурга.
Сириус чуть ли не подавился своим чаем, от чего Отто за его спиной запел что-то явно издевательское.
— Когда я была молода, девушки не получали высшее образование. Для меня семья была важнее хобби. Но сейчас все равно никто не заметит…
— В Англии нет Мастера Рун. Ни одного.
— Карлус, скорее всего, тоже может получить, — возразила Вальбурга. — А все вокруг заняты своими делами…
— Получай, — легко согласился Сириус. Сегодня он впервые увидел в матери что-то по-блэковски задорное.
— Да? Я тоже так думаю. Нужно написать во Францию…
— Лучше в Россию.
Увидев непонимающий взгляд матери, Сириус продолжил:
— А почему бы и нет? В России безопаснее. Темные Лорды не бегают в поисках Блэков.
— Значит в Россию. Приятного дня.
Вальбурга встала с кресла, поцеловала сына в лоб, что и раньше проделывала часто и вышла из кабинета. Сириусу оставалось лишь покачать головой. Когда его перестанет удивлять его же собственная семья? И как он вообще мог добровольно отказаться от этого сумасшедшего дома?
Но утром в Медоуз-мэнор пришли все маги, способные сражаться. Алекс был несколько бледноват, Северус привычно растерян, Гидеон и Фабиан шутили и веселились. Остальные были одинаково собраны и серьезны.
— Точно сегодня? — Лорд Медоуз с тоской оглядывал стены своего дома.
— Не думаю, что они что-то поменяют, — пожал плечами Сириус, — поэтому всех, кто не может сражаться, отправляйте в Блэк-хаус. А мы все же постараемся убедить чревоугодников в том, что данный мэнор должен остаться здесь.
— Мы наложили чары, которые делают дом и нас невидимыми даже для магов, — Карлус разминал пальцы. Он не любил сражения, зато любил чары.
— Вокруг дома есть лишние защитные круги. Когда они пробьют лишние, мы устроим небольшую потасовку, — кинул Сириус. Но дальнейший инструктаж прервал сам Лорд Медоуз.
— Они начали.
Все мужчины начали выходить из дома. Сириус был уверен, что Доркас выскользнула из дома тоже. Он видел ее совсем недавно. Хотел было предупредить ее отца, но потом вспомнил, что в прошлом Медоуз-старшего убили подло и со спины… может именно Доркас и спасет его?
На то, чтобы снести внешнюю защиту ушло минут пять. Оза с ними не было. Их было немного. Не больше пятидесяти магов. Но со стороны Сириуса было лишь тридцать четыре совершеннолетних мага, готовых сражаться. И это считая Доркас. Сириус не предлагал Белле пойти с ними, но сейчас подумал, что попытаться стоило. В ее способностях он был уверен, в отличии от пяти магов Булстроуд, например. Среди чревоугодников лишь ближний круг. Чистокровные.
Ремус уже стоял совсем рядом с Джеймсом. Того заметно потряхивало. Если у него получится, то они будут в преимуществе. Неизвестно, насколько хватит Сириуса с его проклятьями. Проколоть палец: магия смерти прочно замешана на крови. Капнуть на тонкий лист кожи. Сложные руны для призыва мертвецов уже нарисованы. Ксавьер сказал, что пока Джеймс сможет управлять лишь пятью. Решив перестраховаться, Джеймс звал четырех. Неспокойные души начали проявляться в виде едва заметных обычному взгляду силуэтов. Чуть больше силы. Темные фигуры, словно сотканные из тьмы. Маги, умершие и не нашедшие покоя. Изменники и предатели. Они могут отслужить сейчас, получив несколько лет покоя. Или вечность, если будут достаточно полезны.