- Димон, срочно. У нас очень серьезные проблемы с контрактом, ублюдками из «Сирокко» и твоей репутацией.
- Прямо все вместе?
Я несколько оторопел. Три часа назад подписывали и все было отлично, а тут вдруг новости, да еще проблемные.
- Вместе, дружище. Вместе. Возвращайся. У нас беда.
Глава 27. Тайны молчаливых звезд
Приготовьте завтрак и хорошо поешьте. Сегодня мы ужинаем в аду!
«300 спартанцев»
Можайский неожиданно слинял.
Поцеловал нежно, не стесняясь кумушек. Извинился, уткнувшись лоб в лоб, притиснув к себе с силой. Потом развернулся и уехал, несмотря на мои намекающие попытки его остановить.
Почему жизнь так несправедливо редко дарит одновременно большие деньги и свободу? А некоторые особенно одаренные трудоголизмом вообще работают «двадцать четыре на семь», сутками напролет, не успевая жить и любить, забывая, что у гробов нет карманов.
- Подскажите, а что случилось с Ларчик? – спросила я соседок, завороженно смотрящих вслед Дмитрию.
- Убилася, говорят, - ответила мне седовласая дама, с которой мы часто здороваемся в лифте. Кажется, она живет на этаж ниже. – По новостям передали. Небось, позора не выдержала. На всю страну о ней…
Она покосилась на меня, моргнула и стыдливо замолчала. Да, обо мне тоже на всю страну. И да, мне очень неуютно и иногда страшно. Хорошо, что я не одна, не как несчастная Мария.
Покачав головой, я повернулась к подъезду. И боковым зрением заметила двинувшуюся вслед за Можайским крупную черную машину. Хм…
Ехала она медленно и осторожно. Метров через тридцать после начала преследования вдруг остановилась и свернула на боковую улицу. Кажется, я начала что-то лишнее придумывать. Уже и на размер и цвет машины пугливо реагирую. Где-то я уже слышала похожее описание...
Может быть и совпадение, но что-то такое говорила Мила, а потом Можайский уверял, что детективов нанимал исключительно для общего сбора информации. Никакого преследования и разговоров с соседями, дескать, его люди не затевали. А с кем тогда говорила моя сестра?
Весь вечер я пыталась обдумывать материал для нового стрима по детским нарядам, но постоянно ловила себя на том, что включаю и выключаю телевизор, листаю новостные ленты в интернете, рассматривая фотографии покончившей с собой Ларчик. И постоянно крутилась давным-давно не посещавшая меня мысль – а не позвонить ли сестре.
Наконец, утром я не выдержала и, выпив чашку крепкого кофе, схватила трубку.
- Привет. Я на минуту. Подскажи, пожалуйста, а что за человек был в черной машине, помнишь ты рассказывала? Ты его еще за Можайского приняла.
В трубку пренебрежительно фыркнули.
- Опомнилась, чудо. – Мне кажется или голос сестры звучал торжествующе. – Я тебе предлагала с ним помириться, помнишь? Говорила, что, если будешь дурить, сама его заберу? Ну так чего звонишь? Отлились кошке мышкины слезки? Не верну я тебе его, выкуси! Мы с Димочкой уже встречаемся, он меня к себе зовет. Завтра полетит в свою Америку, чтобы готовить документы для меня. Не все тебе у меня женихов отбирать.
И бросила трубку.
Ничего не понимаю. В каком смысле встречается? Какая Америка? Мою сестру явно обманывал водитель подозрительной машины, выдавая себя за другого человека. Благо искать информацию Мила не любила, обманываться сама была рада, а интервью Можайский не давал, и максимум, где его могли попытаться разглядеть телевизионные обыватели – на ночной фотографии у реки.
Я лихорадочно поискала его номер, чтобы рассказать о происходящем. И тут же обнаружила только три ночных смс-ки, пришедших пока я спала.
Дима сообщал, что ему пришлось срочно улететь. Второе сообщение коротко оповещало о продолжительной и крепкой любви. Третье – что он вернется через пару дней.
Вокруг явно происходило неладное. В памяти всплывали мелкие, странные события, которым я раньше не придавала значения, жужжащие как надоедливые комары, вроде и неважные на первый взгляд, но нестыкующиеся между собой, слишком противоречивые.
Сварив крепкий кофе и наскоро налепив пару бутербродов с сыром и колбасой, я открыла ноутбук.
Первое имя, которое я набрала в поисковой строке – «Мария Ларчик». Ну-ка, что это за девушка, которую упоминали вместе с Димой в выпуске Папахова «Тайны молчаливых звезд». Она тоже ненавидела вмешательство в свою жизнь, не подпускала журналистов. Слишком похожа в этом на скрытного Можайского. Надеюсь, только в этом… Мой жених не особенно ходок по барам.
Оу. Вот это да… Я неверяще уставилась на экран, чуть не выронив бутерброд на клавиатуру ноутбука.