Форумы бурлили. За последний месяц шесть известных персон из самых разных сфер деятельности, до этого ведущих крайне закрытый образ жизни, мужчин и женщин, юных и возрастных, совершенно разных , но одинаково любящих затворничество, всех их - подвергли публичной порке и осмеянию.
Так же, как и Можайский, они редко мелькали в новостях, не давали личных интервью, общаясь со СМИ только по работе. И везде подчеркивали свою нелюбовь к вмешательству в частную жизнь.
Хуже всех досталось сериальной актрисе. Я вообще не понимаю, как такие личности, скрытные и проблемные, оказываются успешными в театре и кино. Но они есть, и до какого периода, Марии удавалось совмещать, балансировать. Пока она не нарвалась на кого-то, открывшего войну тайнам.
Героя-разоблаченца.
А ведь я говорила Иде, что не могли нас случайно сфотографировать с теплохода, он уже ушел к этому времени.
Бутерброд все же грохнулся на клавиатуру, был молниеносно подхвачен и даже протерт пальцем. Но урон для хода кнопок скорее всего уже был нанесен. Мне почему-то стало отчаянно жаль новенький ноут, и я заревела. Понимая, что плачу не по нему, а от страха. Напряжение, скручивающее мне желудок со вчерашнего вечера, вылилось в странную неконтролируемую реакцию на обычное падение крошек.
Холодная вода облегчения не принесла. Зеркало отражало покрасневшую физиономию с исступлённо горящими глазами.
Я только что поняла, насколько дорожу Димой, его присутствием в моей жизни, его объятиями и хриплыми смешками. Все было зыбко, пока не появился Можайский. Раньше я жила одним днем, лениво отмахиваясь от настойчивых предложений Иды поменять работу. Не ценила себя, не интересовалась другими, побаивалась мужчин.
??????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????? Дима стал глотком свежего воздуха, провокатором моего преображения, я спорила, обижалась, переживала из-за него и… просыпалась, открывала новую себя.
Рядом с ним мне захотелось стать успешной, уверенной в себе, я полюбила ночи и дни. А теперь кто-то решил на него покуситься? Ларчик уже довели до самоубийства, еще одна из жертв пыталась сброситься с балкона, но ее остановили. Известный бизнесмен оказался в спецклинике из-за депрессии. Остальные вроде неплохо справились со скандалами, даже стали общительнее, ругаются на форумах, начали общаться с журналистами. Но счастливыми их трудно назвать.
Я покрутила в руках телефон. Ида, насколько помню, сегодня укатила в очередную командировку-аудит своих центров на пару дней. Писать ей пугающие сообщения? Но у меня нет никаких весомых подтверждений, зная Иду – она опять найдет объяснения и пожмет плечами. Дескать, чего волноваться, мало ли какие стечения обстоятельств случаются.
О! Ломов может знать, что происходит в окружении Димы и поднять безопасников, если они есть в штате компании. Я торопливо залистала телефонную книгу адресов. Есть!
В ответ на звонок приятный женский сообщил, что Владимир отправился с клиентом через Атлантику и в ближайшие дни, к сожалению, будет вне доступа. Ту-ту-ту… Гудки…
Странный, вторящий им «стук» мешал думать, да что ж такое. Я раздраженно оглянулась и не сразу определила источник шума. Оказалось, паническую дробь о пол выбивает моя левая нога.
Пришлось усадить себя прямо, прижав пятки и носки к золотистой поверхности ламината. К внезапному форс-мажору моя психика оказалась несколько неподготовленной. Но, если я продолжу трястись, кто поможет ничего не подозревающему Диме? Моей глупой сестре, вляпавшейся в историю с неизвестным мошенником?
Как бы ужасно она себя не вела, бедствия я ей не желала. Да и самой мне необходимо что-то предпринять, чтобы не отпрыгивать при виде каждой крупной черной машины.
Сосредоточься, Даша, возьми себя в руки и собери мысли.
За мной и Можайским следят. Родных и соседей допрашивали неизвестные люди, представляясь людьми Димы. Сестра вообще думает, что с ним встречается. Закрытую жизнь замкнутых известных персон перетряхивают на всеобщее обозрение. Кто-то занимается тем, что переворачивает факты и уничтожает в пепел репутации. В моих руках оказались несколько мелких ниточек, несостыковок и подозрений, но одна я с ними точно не справлюсь.
Пальцы сами набрали номер Гриши Распутина.
- Привет, - после небольшой заминки сказала я. – Мне нужна помощь.
- Сколько?
Хм... Он о чем? О деньгах, что ли?
- Мне нужно больше, чем ты думаешь, Гриш... два дня минимум, Гриш. Где можем встретиться? Тайно. Так, чтобы скинуть с хвоста возможных наблюдателей?
- Проклятье, - ругнулся Григорий, - вот почему ты на Димку повелась? Каждое слово – как я люблю.