Как раз в такой широкой и густой тени дерева сидела Даша. Она просидела под одним и тем же деревом весь день. Стараясь сосредоточиться на своих внутренних ощущениях, и понять сои новые способности. Может, и не полностью но, хотя бы чуть - чуть.
К вечеру сидеть под деревом стало сыро и зябко, и все тело девушки затекло. Встав на ноги, Даша стряхнула зацепившиеся за джинсы веточки и листья, и хорошенько размялась, громко похрустев суставами.
Почувствовала Даша что-то в себе после медитации, или не почувствовала, девушка сама не поняла. Если и случились какие-то изменения, то не сильные. Но, вот в том, что она здорово отдохнула сегодня, Даша была уверена абсолютно точно. За эти дни, что она провела в седле, девушка сильно измоталась и устала. И этот, относительно, спокойный день отдыха пришелся ей очень кстати.
Размяв затекшие мышцы, Даша направилась в сторону лагеря. Солнце заходило за горизонт, и приближалось время ужина. Воины уже собирали хворост, чтобы ночью поддерживать в кострах огонь, и отпугивать большинство хищников.
Выспавшиеся воины были бодры и веселы, и, разделившись на небольшие группы, по 2-4 человека, как всегда рассказывали байки о своих приключениях, параллельно занимаясь полезными делами.
Вдруг, Даша услышала тихое лошадиное ржание. Но доносилось оно откуда-то издалека. Этот ни с чем не сравнимый звук, издавала лошадь, точно не из отряда графа Делакруа. Слишком уж она была далеко.
Повертев по сторонам головой, Даша не заметила ничего необычного. Воины тоже ничего не замечали, и не проявляли беспокойства. Даша снова услышала ржание, к которому теперь прибавился глухой топот множества копыт.
Понимая, что ей это не кажется, Даша подошла к Луи и спросила у него.
- Луи, я слышала топот копыт, много копыт, и ржание. Мне кажется, к лагерю приближаются другие всадники. - Остановившись, Луи внимательно прислушался и, услышав то же, что и Даша, немедленно сообщил об этом всем остальным.
В лагере началась беготня. Но тут же закончилась. С той стороны, где деревья росли реже всего, в свете косых лучей заходящего солнца, бодрой рысью выехал другой конный отряд. Во главе этого отряда, верхом на рослом вороном скакуне, ехал сильный молодой рыцарь. Его широкоплечий доспех сверкал звездной белизной. А за спиной, раздуваемый легким вечерним ветерком, трепетал кроваво красный плащ. Короткие волосы были черны, как грива его коня. А взгляд выразительных карих глаз, казалось, мог прожигать насквозь. На лице великолепного всадник красовалась густая щетина, завершавшая образ брутального мужчины. Придавая его элегантному образу, элементы чего-то звериного.
Увидев его, взволнованные воины графа Делакруа успокоились, сразу признав в этом всаднике командира другого королевского отряда - графа Адриана Вилларе.
В отряде Вилларе было больше людей, чем в отряде Делакруа. За время похода против оборотней его отряд понес меньшие потери, и меньше воинов разъехались по своим домам.
Натяну поводья, Адриан остановил коня возле Даши и Луи.
- Здравствуйте, дорогие друзья. - Обратился он к ним. Его низкий, бархатный голос звучал, словно урчание пантеры. - Разрешите представиться, меня зовут граф Адриан Вилларе, я возглавляю доблестный отряд его величества короля Эдуарда Великого! С кем я имею честь вести беседу?
Луи, до сего момента имевший осанку мешка с картошкой, услышав вопрос командира, хоть и не своего но, целого королевского отряда, мгновенно расправил плечи. И, с гордой осанкой, громко и четко, отрапортовал ответ, чеканя каждое слово.
- Я солдат доблестного отряда его величества короля Эдуарда Великого, под предводительством графа Фернана Делакруа, сир!
- А могу ли я узнать имя молодой леди рядом с вами?
- А... - На секунду Луи замешкался. - Это Даша!
- Очень приятно с вами познакомиться, Даша. - С мягкой улыбкой сказал Вилларе, наклони голову в знак приветствия.
- Взаимно. - Слегка смутившись, ответила Даша.
- Где я могу найти вашего командира, графа Делакруа?
- Вон там, - Луи указал пальцем на его шатер.
- Благодарю. - Ответил дворянин и, верхом на коне, медленным шагом направился в сторону графского шатра, а Даша и Луи остались задумчиво провожать его взглядом.
Во внешности, в движениях, в жестах, в голосе, во взгляде граф Вилларе был полной противоположностью Фернана. В отличие от Делакруа, который изо всех сил старался держаться величественно, демонстрировать свое дворянское воспитание, и производить на всех сильное и благоприятное впечатление. Граф Вилларе выглядел, и чувствовал себя, действительно, совершенно естественно. По его расслабленным и, в то же время, красивой и ровной осанке, по естественной улыбке и приятной речи, чувствовалось, что его вежливость вовсе не актерская игра выдрессированного светского дворянина. Под непрозрачной вуалью, которой скрывается истинное, второе дно.