но держись в рамках, так дружеская беседа и больше ничего, понял? И еще, кроме чая никакой выпивки, даже пива. Не доезжая до Москвы, выйдешь в Орехово-Зуево, войдешь в здание вокзала, со стороны перрона, там у буфетной стойки, справа, тебя встретит человек. -А как я его узнаю? -Он сам тебя узнает. Ты матери как объяснишь свою отлучку? Придумай, но прежде изложи мне, а я уже решу, подойдет твоя легенда или нет. У тебя один день на обдумывание и подготовку. Как «подарок» упаковать и куда пристроить, скажу завтра. Встретимся там же, у пятого причала. А сейчас давай чай. Через десять минут он ушел. Юрий зашел в спальню, упал на кровать и стал лихорадочно придумывать, как преподнести матери свой отъезд. Уехать ничего не сказав - поднимет переполох, сказать, что его приглашает на свадьбу бывший сокурсник Женька - не поверит. Так ничего и не придумав, он заснул. Разбудила его мать в двенадцатом часу: - Юра, ты что это одетый спишь? Ты ужинал? Иди поешь, я тебе там принесла что то вкусненькое, а потом раздевайся и ложись, завтра поговорим, сегодня я очень устала, у нас был банкет по поводу юбилея, так насилу выпроводили в десять часов. У тебя что нового? -Да так, ничего, обещают какую то работу, завтра узнаю, может что то стоящее. Ладно, я пойду спать, спокойной ночи. Утром проснулся, когда мать уже уходила. -Я тебе там оставила немного, на карманные расходы, а ты постарайся подробнее узнать насчет работы, ладно, я пошла, твои ключи на вешалке. Захлопнув дверь, она медленно стала спускаться вниз. - Вот так каждый день, домой прихожу только спать, с сыном встречаемся как поезда на разъезде, не выходных тебе, ни праздников. И все ради него, двадцатипятилетнего дитятка. Мне уже скоро пятьдесят, а жизни по существу не видела, вырастила здорового красивого мужика, бездельника и бабника, видимо в отца пошел красотой и распутством, а моего в его характере нет ни грамма. Я всю жизнь бьюсь как рыба об лед, добываю трудом каждый рубль, а ему хоть бы что, знает, что мать не даст подохнуть с голоду. - С такими мрачными мыслями Клава поехала на работу. Сидя в автобусе, глядя в окно, она стала вспоминать, как тридцать с лишним лет назад, после окончания кулинарного техникума в Полтаве, приехала сюда во Владивосток, веселой, хорошенькой девчонкой, с радужными планами и надеждами. С какой холодной подозрительностью встретила ее тетка, мамина сестра, вечно больная старая дева. Отделив ей часть единственной комнаты занавеской, поставила раскладушку, бросила постель и сказала: - Вот здесь ты будешь жить, небось думала, что у меня хоромы, а как видишь трущоба. Располагайся, а завтра пойдем искать тебе работу. Тетка работала в школьной библиотеке, зарплата была мизерная, приходилось подрабатывать уборщицей, убиралась в кабинете директора, завуча и учительской, большего осилить не могла. На следующий день они пошли искать работу. Зашли в первую попавшуюся на пути столовую. Заведующая, не молодая женщина, просмотрев Клавины документы, сказала: - Могу взять тебя посудомойкой, а там видно будет. Вот так началась ее трудовая жизнь. По началу было очень тяжело, но Клава держалась стойко, потом привыкла. Через два месяца ее перевели на раздачу, там стало легче и веселее, раздатчиц было трое, все молодые, немного старше Клавы. Было о чем поговорить, посмеяться, вроде жизнь потихоньку налаживалась. И только тетка, своим постоянным злобным зудением, отравляла ей жизнь, порой не хотелось возвращаться домой. Однажды к ним в столовую пришла администратор ресторана при гостинице «Приморской». В их ресторане принимали гостей, съехавшихся на всесоюзный семинар, официантов не хватало и она попросила заведующую столовой дать ей в подмогу двух симпатичных девушек на два дня и заведующая отправила Клаву. Там ей выдали униформу, она подвела глаза, сделала прическу и превратилась в Золушку. После их столовой ресторан ей показался сказочным дворцом. По окончании работы, их вечером всех собрали, поблагодарили за образцовое обслуживание и вручили конвертики. Все стали расходится, а Клаву администратор попросила остаться. -Послушай, Клава, хочешь остаться работать у меня? Ты симпатичная девчонка, работаешь хорошо, еще немного пообтешешься и будешь то что надо. Клиентура у нас хорошая, в основном морячки, глядишь и женишка себе отхватишь! -Да я бы с радостью, но только меня наверное не отпустят. -А это я сама улажу. Ты не думай, что у нас официантки в большом дефиците, просто ты не избалованная жизнью, скромная и все таки у тебя диплом кулинарного техникума, самое главное - ты мне просто нравишься. Ну как? -Ой, спасибо вам большое, не знаю, как вас и благодарить! - О благодарности поговорим потом, а сейчас иди и пиши заявление об увольнении, остальное я беру на себя. Через неделю Клава вышла на работу в ресторан и для нее началась новая жизнь. Половину чаевых, которые она имела за смену, отдавала администратору, а то что оставалось, ей хватала с лихвой на все ее скромные потребности. Подружилась она с одной официанткой, работавшей с ней в одной смене, звали ее Наташа. Жила она одна в однокомнатной секции неподалеку от ресторана. Иногда приходилось задерживаться допоздна и Наташа оставляла ее ночевать у себя, а потом и вовсе предложила перейти к ней жить, за вполне умеренную плату. Наташа приехала из Донецка, с надеждой накопить побольше денег, там у нее жила мать и воспитывала ее сынишку. Как то Клава ее спросила, если она хочет рано или поздно отсюда уехать, то зачем покупала квартиру? -Я не покупала эту кооперативную квартиру, мне ее купил мой бывший любовник, для собственного удобства, оформил сразу на меня. Он был уже не молодой, семейный, занимал ответственный пост, всегда был при деньгах, он мне очень и очень помог. -А где же он сейчас, поссорились? -Он умер полтора года назад, случился сердечный приступ прямо на каком то совещании.. Я с благодарностью вспоминаю о нем, иногда хожу на кладбище. После него у меня никого не было, он меня любил, да и я к нему привыкла. Теперь у меня одна цель - накопить денег и уехать. На следующий год Игорек пойдет в школу и я должна быть с ними. Год пролетел незаметно, в середине лета Наташа начала готовиться к отъезду. Клава затосковала, не столько из-за разлуки с Наташей, сколько из-за собственной неустроенности. Она уже привыкла к жилью, к устроенному быту и вот все рушится. -Ну что, подруга, давай поговорим, - за неделю до отъезда сказала Наташа. - Мы с тобой прожили вместе почти два года, во всем у нас с тобой было взаимопонимание, никогда не сорились, мне нравилась твоя аккуратность, чистоплотность, нравилось то, как бережно ты относишься ко всему и я решила так - квартиру я сейчас продавать не буду, если хочешь я оставлю ее тебе, но на таких условиях, одну треть стоимости ты дашь мне сейчас, две трети будешь выплачивать в течение двух лет, как только выплатишь, я тут же оформлю квартиру на тебя. Согласна? -Наташа, у меня нет слов благодарности, так поступить могла только ты! Но где мне взять сейчас такую сумму? То, что я скопила, опять же благодаря тебе, не покроет даже половины. -Деньги ты можешь занять под проценты у нашего завзалом Федора Борисовича, если хочешь, я сама с ним поговорю, он мужик не плохой и к тому же к тебе не равнодушен, будь с ним поласковей, может обойдется и без процентов. -Да ведь он же старый! -Глупая, какой же он старый, ему всего сорок два, а для мужика это не возраст. Это ты молодая, тебе всего двадцать два, зато с таким надежно, да и симпатичный он. -Ладно, поговори. Все вышло так, как наметила Наташа, деньги Федор Борисович дал. После нешумных проводов Наташи, через неделю он пришел к Клаве за «процентами». Так впервые она за долг рассчиталась «натурой». Приходил он в гости не часто, но условия выставил строгие - он должен быть единственным. Ночевать не оставался никогда, соблюдая интересы семьи. Через полгода он заявил Клаве, что она свободна и что половину долга он ей прощает. Погоревав немного, Клава утешилась тем, что выплачивать ей придется только половину. Теперь ее жизнь пошла по другому руслу, единственной целью стали деньги, хотелось поскорее рассчитаться за квартиру. Она работала, иной раз, две смены, подменяла больных, не отказывалась от обслуживания всяких мероприятий. Про личную жизнь забыла, не считая редких случайных встреч с командировочными. Прошло два года, за квартиру она рассчиталась полностью, так как и договаривались. Но приезжать Наташа не стала, лишние расходы, выслала доверенность и все документы необходимые для оформления квартиры на Клаву. Когда она получила ордер на свое имя, то от счастья разрыдалась, решила, что в ее жизни хороших людей было гораздо больше, чем плохих. За эти годы она повзрослела, с нее сошла та наивность, которая придавала ей какую то неповторимую привлекательность, стала разборчива с мужским полом. Но однажды, в ее смену, в ресторан с шумом ввалилась толпа моряков, человек семь и попросили посадить их за один стол. Клава, сдвинув два столика вместе, рассадила их, подала меню и стала ждать заказ. Старшим у них был голубоглазый красавец грузин. Сердце Клавы тревожно забилось. Приняв заказ, она спросила, что они будут пить. -А это отдельный вопрос - пить мы будем все, что у вас есть и много! - ответил за всех грузин. Сидели они долго, каждый из них старался как то привлечь внимание Клавы, но он