И насладиться открывшейся великолепной панорамой. Китайцы не просто так выбрали это место — открывающиеся отсюда вид был значительно лучше убогих фотографий Американских миссий. Снятых на Земле фотографий, поправила я себя. Теперь понятно, почему на американских фотках Луна столь сера и однообразна. В павильоне хороших видов не снять. Особенно это казалось грунта — он был скорее бурым, чем серым. Темная, неоднородная поверхность таила в себе множество оттенков, от желтого, до бордового.
Вспомнив про Лунную Аферу, я продолжила ассоциативную цепочку. Афера, гибель астронавтов, лунный Ктототам, лунный замок, сука, падла, как же меня всё-таки достал ОО.
Дело в том, что я уже видела этот кратер. Эту изогнутую стену. Этот пролом. Эти холмы. Видела на фотографиях, снятой с высоты птичьего полета зондом LRO. Ошибки быть не могло – не зря же меня столько учили ориентироваться по спутниковым снимкам.
— Ракетчица, — вкрадчиво спросила я, — А любезный ОО у нас где шляется?
— Туф фя, — включился в разговор ОО. Судя по фефектам фикции ОО кушал.
— А скажи мне, любезный, в скольких метрах от места высадки ZERO находится Лунный Замок?
— Даша, честное слово, это не мы, — сразу начал оправдываться ОО. — Место высадки китайцы выбрали сами.
— Да, да, китайцы шли, шли, шли, споткнулись и случайно выбрали место высадки своей миссии во внутреннем дворике Лунного Замка. И на каком расстоянии прилунился ZERO от парадного входа в замок, ты так и не ответил?
— На расстоянии пятнадцати с половиной километров, Дарья. И хочешь верь, хочешь нет – но мы не знаем, не знаем, не знаем, почему китайцы выбрали эту точку на Луне. Думай головой – если бы мы настолько глубоко влезли в их космическую программу, ты бы вошла на борт Странника по красной ковровой дорожке, вместе с остальными тайконавтами.
— А как так вышло тогда? — с яростью спросила я.
— Мы рассматривали разные версии, — включился в разговор Конструктор. — Это может быть совпадение. Это может быть реакцией на действия американцев, которые активно изучали объект Замок. И в конце концов….
— В конце концов что? — не выдержав паузы раздраженно спросила я.
— Там может быть действительно помазано мёдом, — виновато сказал Конструктор. — Кажется, ты так сказала? Я не исключаю, что лунный Ктототам дотянулся и до Земли, заставив Китай выбрать место высадки в пределах достижимости Замка.
Я подавленно молчала. История, в которой я участвую становилась всё пиздецовее и припизднутей. Впрочем, а чего ты ожидала, Дарья?
* * *
Наше путешествие на подводной лодке подходило к концу. Я чувствовала это в столовой, чьи блюда потеряли былую остроту по причине нехватки специй. Я чувствовала это в душевой, в которой закончились гели для душа и приходилось мыться сваренным по рецепту Химика из кухонных продуктов мылом. Я чувствовала это в воде, в которой появился легкий привкус затхлости. Я чувствовала это в воздухе который стал просто… просто… тьфу. Умом, конечно, я понимала, почему это происходит — несколько дней назад, я очередной раз проснулась ночью от скрежета и ударов — наша лодка отправилась в свободное плавание, отсоединившись, в последний раз от контейнеровоза.
Но знания пасуют перед чувствами. А чувства говорили мне, что на лодку пришла осень. Среди буйной растительности, увивавшей коридоры лодки, становилось все больше желтых листьев. Светодиодные лампы освещения, из за экономии энергии светили в полнакала, наполняя лодку полутьмой и судорожным миганием.
По всей лодке пахло привычным ОО методом ведения дел. Всё, что он делал, было посредственным. Нет, я честно без негатива. Посредственное – не значит плохое. Посредственное – значит «по средствам». Несмотря на то, что ОО был миллиардером, он очень ответственно выделял средства на свои мероприятия.
Понятно, что он не тратил больше. Иначе бы он довольно быстро выбыл из числа богатейших людей планеты. Но он и не тратил меньше – избежав патологической скраденности — болезни, от которой страдают многие члены клуба миллиардеров. Или наслаждаются – со жадностью можно и так и этак.
ОО очень четко соизмерял свои усилия и затраченные средства. Впритык. Он тратил ровно столько, сколько нужно, чтоб миссия была выполнена. Посредник шутила по этому поводу, что если доверить ОО покупку лошади, то выбранная им лошадь издохла бы, доставив ездока по назначению.
Примерно так, как наша подводная лодка. Её ресурс и наше путешествие синхронно подходили к концу, наполняя моё сердце тревогой и неуверенностью. Не то, чтоб я боялась предстоящего полета. Скорее меня пугали перемены в ставшем привычном образе жизни.
Но всё, что имеет начало, имеет и конец.
Особенно четко я это почувствовала, увидев, как тонкая красная линия нашего маршрута на вывешенной в кают компании карте доползла до Японского моря. До Восточно-Корейского залива и Северной Кореи оставалось совсем ничего. Я в панике повернулась к наполненной сигаретным дымом стеклянной призме, в котором по утрам скрывалась Посредник и постучала по стеклу.
— Что-то срочное, Дарья? — спросила Посредник, выплывая из клубов дыма, как пришелец из старинного фильма «Прибытие».
— Северная Корея… Страшно… Дядю собаками затравил… Скоро совсем приплывём… — нечленораздельно жаловалась я. Немилосердно при этом переигрывая чисто из спортивного интереса.
— Успокойся, Дарья. Слухи о том, что Северная Корея это ад на земле сильно преувеличены. Ад – в Сирии. В Северном Тиморе. В Колумбии, Конго, Афганистане. Вот там, действительно, человеческая жизнь ничего не стоит.
А Северная Корея, это скорее страна – секта. Страна монастырь. Со своим сложным и причудливым уставом, которой, по уму, надо принять, а не соваться с правками и советами. При этом – вины Кореи, в отчужденности и асоциальности режима нет. Блокаду ввели развитые страны.
— Блокаду ввели потому что Корея была агрессивной, я в новостях смотрела.
— Кто угодно станет агрессивным, если по будке, в которой он живет, будут колотить палкой.
— А еще в новостях было….
— Хватит про новости, Даша. В них попадает только то, что ты должна слышать по мнению финансовых элит, а не то, что происходит на самом деле. Давай лучше обсудим, кто эти новости заказывает?
— Мировое правительство, — с сарказмом сказала я, — Эти… рептилоиды.
— Финансовую олигархию можно и так назвать, — согласилась со мной Посредник. — От названия суть не меняется.
— То есть ты в это веришь? — удивленно спросила я. В тайное мировое правительство истово верил мой отчим, но стоило мне в институте, где я слегка училась, пересказать его доводы, как я сразу получила феерический отлуп от преподавателей.
— Это не вопрос веры, Дарья. Это вопрос наблюдательности. Вот скажи мне, кто контролирует доллар?
— Ха, — сказала я, — Это все знают. Федеральная резервная система США. ФРС, если кратенько.
— А кто контролирует ФРС?
— Ну…. — Начала я. Я точно помнила что правительство США не контролирует ФРС, но не могла вспомнить, кто тогда контролирует. Так и ответила.
— Правильный ответ, — неожиданно согласилась со мной Посредник. — Неизвестно, кто контролирует ФРС. Но, то что кто-то контролирует — несомненно.
— А то, — важно согласилась я.
— Так давай тех, кто контролирует ФРС назвать тайным мировым правительством.
— Ну, давай, — согласилась я.
— То есть теперь ты согласна с тем, что мировое правительство существует.
— Теперь я согласная, — со вздохом закивала я. — Но мы вообще-то за Корею беседовали.
— Сейчас и до Кореи дойдем. Вот скажи мне, Даша, как мировое правительство управляет Землей?
— Плохо? — выдала подразумевающийся ответ я.
— И даже немного хуже, чем ты думаешь. Хотя…ты за мировыми новостями не следишь? Поясню на известном тебе примере: Примерно так, как 100 богатейших российских семей управляют Россией. В смысле – это беспрестанная внутренняя грызня, кипящий котелок союзиков, альянсиков, обидок, сдержичек и противовесиков. Вести хоть какую-нибудь согласованную деятельность эти господа не могут по определению. Но они же проявляют чудеса слаженности и коллективной работы, в противостоянии внешнему врагу.