— Помогите, Марк Дитрихович.
Девушка показала вязки и как именно фиксировать ногу. Хирург попробовал помочь, но без толку. Парень дергал руками, мешая закрепить, как положено.
— Лучше просто придержите. Я сама завяжу.
— Часто приходилось этим заниматься?
— Да. Я подрабатывала в психбольнице, там половина пациентов была такая.
Парень принялся дергаться.
— Слышь, придурок, затихни, сейчас уколю.
— Чем?
— А что хочешь?
— Наркота есть?
— Есть, но только если главный разрешит. Что пил?
— Даш, ты о чем? — не понял Марк Дитрихович.
— Он пробовал снять ломку чем-то лекарственным, но неудачно. Рассказывай. И заодно поведай, какого лешего тебя сюда притащили, а не в диспансер.
Парень принялся хохотать и пробовать вырваться.
— Блин, придурок. Марк Дитрихович, держите его туловище. Сейчас длинные вязки достану.
— Даш? — с паникой спросил хирург.
— Что происходит? — раздался голос главного.
— Да, держите вы его. Он сейчас руки либо вывихнет, либо поломает, — крикнула Даша.
Главврач тут же прижал тело нарика. Девушка достала вязки и с помощью Игоря Дитриховича смогла полностью зафиксировать пациента. Хорошо, что главный знал, что надо делать.
— Все.
— Уколите, — потребовал парень.
— Замолчал, — велела Даша. — Что пил?
— Ничего. Уколите.
— Что пил? — неожиданно спросил Игорь Дитрихович. — Говори, или так оставлю.
— Пошел ты...
— И пойду. Лежи.
Главврач повернулся к выходу. Довольная Даша тоже последовала за ним. Парень выдержал недолго и принялся называть лекарства. У Даши с каждым новым наименованием удивленно поднимались брови. Главный сохранял спокойствие. Марк Дитрихович негромко спросил:
— Что не так?
— Если бы вы столько всего разнообразного выпили, то в лучшем случае оказались бы в реанимации, в худшем в морге. Поэтому мы так легко смогли с ним справиться. Обычно неадекватный нарик неуправляем и нужна пара санитаров, чтобы его утихомирить.
— Даша, уколите его. Пойдемте, лекарства выдам.
Оказавшись в коридоре, Игорь Дитрихович поморщился:
— Хорошо приложил.
— С Дашей понятно, а ты где научился?
— У меня практика была в нашей психбольнице, если помнишь. Да, и потом пришлось сталкиваться.
— Нужно искать врача нарколога, — подала голос Даша.
— Да. Сейчас займусь. Пойдем. Выдам лекарства. Черт.
— Давайте обработаю, — предложила девушка, махнув головой в сторону второй операционной.
— Точно. Лучше тебе предстать перед родней в более приличном виде, — согласился Марк Дитрихович.
— Хорошо.
— А этот? — спросил Марк осторожно.
И Даша и главный одинаково отмахнулись, мгновении позже девушка пояснила:
— Ничего с ним за пять минут не случиться.
Девушка осторожно принялась обрабатывать ссадины на лице главврача. Красивом лице, которому прилично досталось. С некоторой толикой злорадства отметила про себя Даша.
— Все.
— Почти, — и Игорь Дитрихович стал снимать мятую рубашку. Вау, стриптиз, и с какой стати?
На правой руке чуть выше локтя виднелся кровоподтек. Укус?
— Он вас покусал?
— Разок, — недовольно отозвался главврач. — Что-то я расслабился, и забываться стал.
— Бывает, — сочувственно согласилась девушка. — А с ними так нельзя.
— Это точно.
Девушка быстро обработала рану и спросила:
— От столбняка прививку давно делали?
— Да. Завтра сделаю.
— И от бешенства заодно, — посоветовал молчащий до этого Марк Дитрихович.
Вынужденный пациент оделся, и все трое пошли наверх в кабинет главного.
— Ага, и от всего на свете, — усмехнулся главврач по дороге, возвращаясь к прерванному разговору. — Спасибо, Даша. Пойдемте, дам лекарства. Уколите больного. С ним надо кого-то на ночь оставлять.
— А его не переведут в соответствующего профиля организацию? — просила Даша.
— Нет, родители настояли, чтобы их мальчик лечился у нас, — недовольно отозвался главврач. — Сегодня найду нарколога.
— А они что хотели? Помочь психолога что ли? — подколол Марк Дитрихович.
— Именно. У их мальчика некоторые психологические возрастные сложности, — передразнил главный видимо родителей.
— И судя по мальчику эти сложности у него давно. Видно не раз пробовали вылечить, — высказалась Даша, забирая из рук главного ампулы.
У девушки видимо мысли были написаны на лице, так как Игорь Дитрихович пояснил:
— Пусть, поспит до утра. Чтобы ночью проблем не было.
— Понятно.