— Ваши отношения затронули многих.
— Ты из-за каждой любовницы брата так переживаешь, я что-то не пойму? — улыбнулась Даша.
Несмотря на неприятную тему, в которую скатился разговор, общее настроение от вечера продолжала оставаться приподнятым.
— Нет, но ты не была любовницей.
— Была, Марк, в том то и дело что была. Я оказалась удобным приложением к Игорю не более того, да я повела себя не правильно, надо было настаивать на своем, и только. Но сути это не меняет.
— Он хотел на тебе жениться, — бросил Марк последний железный аргумент.
Даша картинно закатила глаза:
— Вот только этого мне для полного счастья не хватало. Марк, для Игоря я была удобным вариантом, пусть даже в качестве жены. Но он меня не слышал, всегда был только он. Он решал, что я хочу помочь ему с оформлением интерьера квартиры — но я не хочу ничего делать для удобства другой, понимаешь? Он терпеть не мог мои музыкальные пристрастия, но мне нравиться рок, что в этом плохого? Я не хотела идти в очередной шикарный ресторан, чтобы меня можно было продемонстрировать публике, а на заведения попроще твой брат не соглашался. Марк, мы с вами из очень разных слоев. И это отражается на всем.
— А что плохого ты нашла в совместном отдыхе? — скептически спросил Марк. — Так для интереса?
— Место этого самого отдыха. Твой брат упорно рассматривал только отдаленные острова. Где местное население говорит по-испански, и с трудом по-английски. А мне хотело поехать в банальную Турцию или Египет, потому что кроме русского ни на какой языке не говорю. Школьный английский и что-то из латыни с училища. Все просто, но не для него.
Марк слушал и поражался, какую проблему эти двое умудрились устроить на пустом месте. С Дашкой понятно, она сразу выразила свое отношение к таким как они с братом, но Игорь, ему, зачем потребовалось демонстрировать такие великосветские замашки? К тому же если Даша считала их отношения сексом ради секса. Шум на ровном месте.
Марк встряхнулся и чуть вымученно улыбнулся:
— Прости, был не прав. Я смотрел на все это по-другому.
— Это нормально, принимать точку зрения близкого человека.
— Да, понимаю. Значит у вас с ним все? — на всякий случай уточнил Марк.
— Марк, — скривилась Даша. — Любишь ты топтаться по больному месту. Да, у нас все. Да, сейчас, я бы вела себя иначе, да, наш роман занял бы больше времени, но все равно рано или поздно мы бы расстались. Это не те отношения, которые могли перерасти во что-то большее.
— А твой новый знакомый, это те отношения? — не удержался от подколки Марк.
Даша чуть грустно улыбнулась:
— Знаешь, я на это надеялась. Но ту выяснилось, что я просто друг. У Сашки большая и страстная любовь с другой девочкой интерном Аней. Помнишь, как в молодости если люблю то до гроба, если ненавижу то так же. Они поругались, теперь помирились и вместе счастливы. А я была просто скалой, около которой совершались все эти маневры, — Даша снова улыбнулась. — Вот не могу воспринимать их не как детей, хотя сама всего на три года старше. Странно, да?
— Нормально. Ты просто мудрее и все, — Марк расслабился и понял, что ему приятно просто общаться с Дашей, как только они прекратили обсуждать тему ее и Игоря.
Нет смысла отказываться от дружбы. А там кто знает что выйдет.
Даша не подозревала, что все не так просто как кажется. Она, выяснив, что по глупости влезла в чужие большие чувства, поспешила исправить свое вмешательство. А так как слова до нас, женщин, просто не доходят, ей пришлось немного приукрасить действительность в разговоре с Аней. Просто чуть-чуть сместить акценты. Из чего получилась если не большая страстная любовь, то нежная любовь-привязанность, не нашедшая взаимности. И Даша, дескать, до сих пор скучает по нему, и да, дурочка, любит. Но ничего бы из этого не вышло, они никак не пара. Поэтому все, что делается к лучшему и так далее по привычному сценарию. Она не знала, что этот разговор пройдет по отделению и будет услышан Страцевым, который как раз хорошо знал объект таких чувств. Она даже не догадывалась, что однажды во время общения с главврачом Страцев упрекнут Светлану Петровну в снобизме. Возмущенная женщина потребует объяснений и услышит пересказ романтичной истории Даши, к чему окажется совершенно не готова. Светлана Петровна ничего и никому не скажет, но запомнит услышанное. Любящая мать зареклась лезть в жизнь сыновей, как бы ей не хотелось помочь. К тому же ей придется признать, что некоторая толика снобизма присутствовала. Не то чтобы это сильно многое изменит, но она вспомнит, как тяжело ей самой пришлось входить в такую известную в медицинских кругах семью и столько лет потребовалось, чтобы объяснить окружающим свою настоящую цену. Причем именно окружающим. Эта семья либо принимает, либо нет. Свету они приняли безоговорочно. А Дашу нет. Никто кроме Марка, пожалуй, не был готов признать ее частью семьи. В том числе и сам Игорь. Если бы он признавал ее равную, то ни за что не согласился на тот жалкий суррогат отношений. Так что во многом Даша была права...