Мелли, уже облачённая в сиреневый комбинезон, весь перепачканный глиной, подходит к нам. Она облокачивается на деревянную полку за нашими спинами, заставленную чашками, вазами и абстрактными скульптурами с крапинками.
Бэнкрофт лучится ей в ответ.
— Мне всегда говорили, что у меня золотые руки, но теперь я уже не так уверен!
Мелли вежливо смеётся над его глупой шуткой и бросает на меня быстрый взгляд.
— Твой парень забавный, — говорит она и снова поворачивается к Бэнкрофту. — Как и всё в жизни, тут главное — практика. Получится. — Она хлопает его по спине. — Грейс, позже ещё поговорим, ладно?
— Он не... — я прикусываю язык, чтобы не испортить позитивный настрой потенциального партнёра. — Конечно, с радостью! Очень рада работать с вами.
Я одариваю её правдоподобной улыбкой и поднимаю вверх грязный палец в жесте «класс». Если мне удастся провернуть это дело, это будет уже второе партнёрство, которое я смогу закрепить. А это значит, что пока я обгоняю Бэнкрофта с его единственным. Конечно, сомнений нет: он наверняка вытащит что-то грандиозное из своего золотого рукава в ближайшее время, но пока у меня на душе редкое чувство победы, и я наслаждаюсь этим моментом.
Бэнкрофт поднимает голову от круга, бросая на меня взгляд из-под бровей.
— Мне нравится твоя стратегия: сочетать местных партнёров с крупными, работать с женщинами-предпринимателями. Это... приятно.
Я фыркаю.
— Неделю назад я бы расценила слово «приятно» из твоих уст как уничижительное. Но раз уж у нас перемирие, буду считать это комплиментом.
— Вот это да. Глянь на нас — и не скажешь, что мы враждуем, — усмехается он.
— Почти как лучшие друзья, — подыгрываю я с напевной интонацией, возвращая ему улыбку.
Он откашливается.
— Раз уж мы пытаемся заключить перемирие... я тут подумал, как бы нам эффективнее сотрудничать.
— Так... — протягиваю я монотонно.
— Тебя нужно сводить на настоящее свидание, — заявляет он решительно, кивая, будто уже всё решено.
Мой комок глины продолжает крутиться, пока я не убираю ногу с педали и не поворачиваюсь к нему, моргая:
— Что?
— Тебе нужно сходить на настоящее свидание, — повторяет он, всё ещё сосредоточенно глядя на свою глину, которая уже начинает приобретать форму.
— Почему?
— Ну, поправь меня, если я ошибаюсь, но ты вообще была на свидании с тех пор как... — он чуть сдвигается на стуле, взгляд по-прежнему прикован к своему вращающемуся блюдцу.
Я понимаю, что он не хочет произносить имя Уильяма. Опасается, что оно откроет люк под его ногами.
— Не совсем, — тихо отвечаю я, делая вид, что сосредоточена на своём комке глины, снова запускаю круг.
Была, правда, одна встреча, когда я расплакалась посреди ресторана, рассказывая о Уильяме. Парень сбежал под предлогом «в туалет» и оставил меня расплачиваться. Едва ли это можно считать полноценным свиданием.
— Окей, и как, по-твоему, ты собираешься эффективно исследовать рынок для Ditto, если не имеешь понятия, как сейчас проходят свидания? У тебя нет актуального опыта, — он поднимает брови, оставляя мне пространство возразить, доказать обратное.
Я втягиваю щёки, пытаясь вспомнить хоть какое-то свидание с Уильямом... и понимаю, что не могу.
— Мне не сто лет! Прошло всего-то... — считаю на пальцах, испачканных глиной, — шесть лет?
— То есть ты хочешь сказать, что не ходила на свидание столько же, сколько длилась Вторая мировая? — с ухмылкой уточняет он.
Я бросаю на него косой взгляд.
— Ну, у тебя ведь опыта хватит за нас обоих?
В ту же секунду, как мяч для волейбола, мне прилетает воспоминание о его словах в саду на днях — удар в грудь.
Его челюсть напрягается и расслабляется.
— По твоим же словам, я довольно опытен. — Он подмигивает, но привычного блеска в глазах нет. — Просто говорю, если мы работаем вместе, мне нужен сильный партнёр. Не могу позволить, чтобы ты тянула меня вниз своими амишискими взглядами и ужасными разговорами. (*Амиши — это религиозная община христиан, живущая простым, традиционным образом жизни, без современных технологий.)
Я выпрямляюсь&
— Эй! Я вообще-то зарегистрирована в Fate... Просто никто пока не вызвал интереса. А если бы даже кто-то и вызвал... между этим проектом и моей обычной работой — мне бы постирать успеть. — Мои пальцы вдавливаются в центр комка, заставляя появиться круглые края. — Не говоря уже о свидании, где я потрачу хороший наряд и два часа жизни на человека, который, как выяснится, не соответствует моим ожиданиям и требованиям.