К тому же есть проблема ума. Пока она существует, бдительность необходима. Когда ум становится беспокойным и мечется из стороны в сторону, он должен быть взят под контроль. С другой стороны, если он расслабляется и впадает в сон, его надо пробудить. Свободное от возбуждения и разложения состояние ума, в котором он пребывает неизменно, называется состоянием кашаяпаква. Это — истинная уравновешенность. Когда она достигнута, йог становится подобен огню в безветренном месте. Триад больше не существует. Нет движения. Нет удовлетворения блаженством. Узел эго разрезан. Все сомнения, такие, как несовместимость и противоречивость, разбиты вдребезги. Исключая прарабдха-карму*, все другие кармы будут уничтожены. Он будет оставаться в состоянии Брахмана. Он освобожден при жизни. Он — император йоги.
Арджуна, из любви к тебе Я преподал тебе эту сокровеннейшую йогу. Она не должна быть передана недостойному. Нельзя практиковать, не имея наставления гуру, или только услышав о них от других, или просто изучая книги. До получения непосредственного опыта лучше получить косвенное знание от гуру. Вот почему Я описываю его тебе с такими подробностями.
Арджуна, я знаю, что твое сердце страстно стремится к непосредственному опыту. Когда Я здесь, как могу Я не исполнить твое желание? Посмотри на красивую пещеру напротив. Это подходящий приют для твоих занятий.
Иди в ту пещеру и, сидя твердо и сохраняя позвоночник, голову и шею прямо, размышляй над истинным путем йоги, показанным мною. В короткое время ты, таким образом, достигнешь самадхи и высшего осознания».
Сказав так, Господь положил свою правую руку, которая изливает нектар блаженства, на голову Картавирьяарджуны.
С возгласом Картавирья обнял стопы Господа и с Его разрешения вошел в пещеру и начал выполнять упражнения, преподанные Им.
Когда Господь Датта благословил его соприкосновением головы и руки, никакой другой практики не требовалось. Как только Картавирья начал занятия, он стал неподвижным как столб и вскоре достиг самадхи.
Так прошел один год и один месяц. Когда он стал осознавать свое тело снова, он медленно встал и подойдя к Господу, простерся перед Ним. Бог поднял его и крепко прижал к своему сердцу. Усадив его рядом с собой, Он спросил: «Сын мой, ты достиг осознания? Какой опыт ты получил?»
Арджуна сказал: «О мой Господь, сидя в пещере, когда я сосредоточился на тебе, органы чувству включая ум, влились в высшее сознание. Это было состояние высшего блаженства. Войдя в то состояние, я не испытывал влияния триад, время более не существовало. Я думаю, что испытал несравнимое блаженство примерно в этот момент. Затем моя прарардха карма потащила меня обратно, в грубое тело.
О Господь, твои стопы были моим прибежищем. Благодаря твоей бесконечной милости, я преодолел самсару и достиг состояния предельного блаженства. Сейчас у меня нет никаких обязанностей. Я сделал все, что должно быть сделано, я познал все, что должно быть познано. Я достиг всего, что должно быть достигнуто. Сейчас я не хочу ничего другого, кроме опыта Сат-Чит-Ананды. Сохранится это царство или исчезнет — для меня безразлично.
Для меня, плывущего в высшем блаженстве и осуществлении, весь мир появляется, чтобы быть наполненным сутью сознания блаженства. Нет различий, таких, как время, пространство или объект. Все — это само сознание блаженства. Я не могу даже ощутить никакого различия между Тобой и мной. Ты — изначальная Высшая Реальность. Ты — Атман. Все сознание, микрокосм и Макрокосм появляются в Тебе единственном. Господь, Твоей милостью эту истину я сейчас знаю с абсолютной достоверностью. Гурудева, твое сострадание безгранично. Ты благословил меня высшей наградой за поклонение твоим стопам».
Погрузившись в переполняющие его преданность и благодарность, Картавирьяарджуна простерся у стоп Господа и замер. Господь с милостивой улыбкой поднял любимого ученика и усадил его около себя. Картавирья медленно сказал:
«У меня сейчас нет другой обязанности, мой Господь, кроме как ожидать твоих приказов. Ты хочешь, чтобы я остался здесь или пошел снова в пещеру? Направь меня, я ожидаю твоих распоряжений».
Прекрасная улыбка Господа была подобна сиянию солнца, когда он сказал: «Сын мой, прежде всего соверши омовение и ежедневные обязанности. Затем немного поешь и отдохни. Приходи ко мне через шесть месяцев».