Значит, не любила достаточно сильно.
А вот отец действительно любил ее. Позволял ей все. Она никогда не работала, отдыхала на лучших европейских курортах и не видела нужды ни в чем.
Возможно, ей просто надоело то, что папа очень часто уезжал? Даже сейчас он приехал на какие-то два дня, и это не точно. Ему могли позвонить в любой момент, и он вновь схватится за ручку своего серого небольшого чемодана и уедет, оставив нас с сестрой одних.
Тихо пробрался через электрические ворота гаража сразу в дальнюю часть огромного и пустого дома.
Было неестественно тихо. Снял кроссовки и, стараясь ступать как можно тише, чтобы отец не знал, что я вернулся, потопал в сторону современной кухни.
Открыл холодильник и потянулся за холодной бутылочкой светлого баварского пива. Но тут резко включился свет!
— Хм-хм! — отец прокашлялся, а я замер, сжимая в руке холодное стекло. — Бутылку на полку, а сам за стол!
— Да ладно тебе, — улыбнулся, обнажив ряд белых зубов. — Я же пошутил. Откуда я мог знать, что у нее в голове вместо мозга розовая пыльца!
— Это не смешно, Егор, правда! — отец казался строгим, но не был им. — Ты напугал девушку до чертиков. Совершенно немужской поступок.
— Согласен, немного перегнул палку, но она мерзкая!
— Аня? — глаза отца расширились. — Она потрясающая, но не очень счастливая. Когда они переехали?
— Вчера, — опустил глаза в пол. — И сразу же устроила мне ад. Теперь Полинка со мной даже говорить не хочет.
— А причина?
— Это не важно, но без соседки не обошлось!
Не стану же я рассказывать отцу о красных трусиках, которые так неудачно прилетели в лицо милой светловолосой женщине.
— Ты позоришь всю семью, сын! — отец махнул рукой и закатил глаза, всем видом показывая, что разочарован во мне. — Иди и извинись. Девочка боится быть одна в доме. И даже несмотря на то, что я уверил ее в том, что поселок - самое безопасное место, ей все равно страшно.
Я тихо рассмеялся, вспомнив, как мелкая метелила моего папу. А она ничего так. Но не в моем вкусе. Точно не в моем.
— Ладно, — я отвернулся, изображая рвотный позыв. — Пиво уже можно брать?
— Бери! — рявкнул отец и уже на выходе из кухни обернулся. — И не прыгай через забор. Это незаконно. Придешь и позвонишь в дверь. Как нормальный человек, а не дикарь. С соседями нужно дружить. И вообще, на твоем месте я бы не прошел мимо такой красотки. Подумай об этом.
Схватив пиво, я прокашлялся и вышел из дома, направившись в сторону белой двери соседки. Раздался один короткий, но довольно громкий звонок, когда я нажал на кнопку серебристого интеркома. Это устройство на двери Гордеевых устарело. Сейчас ставили новые, с камерами, чтобы сразу увидеть того, кто явился с визитом.
— Кто? — послышался то ли голос, то ли писк. — Уходите, или я выпущу своего питбуля! — выкрикнула Аня, и я улыбнулся, потому что знал, что у нее нет собаки.
— Это Егор! — громко крикнул в переговорное устройство. — Выгляни в окно! Я пришел с миром.
В доказательство светлых намерений снял с себя белую футболку, обнажив кубики пресса, и поднял ткань над головой в знак капитуляции.
— Видишь? Я сдаюсь, но опять же, только на время. Открывай, я извиниться пришел.
Щелкнул дверной замок, и дверь резко распахнулась. Открывалась она у Гордеевых вовнутрь, а я как раз облокотился о холодный металл обнаженным торсом.
Буквально ввалился в дом девушки и упал к маленьким ногам в белых носках с розовыми сердечками.
— Не плохо! — девушка сложила ручки на груди. — Сам Климов у моих ног. Жаль, нет смартфона в руках, получился бы потрясающий видеоролик для моего личного блога.
— Ты можешь хоть на день притвориться нормальной? — поднялся с пола и, не спрашивая разрешения, прошел на кухню.
— И что мне за это будет? — Аня шла следом, и пахло от нее потрясающе.
Судя по тому, что волосы девушки были заплетены в косу и были еще влажными, она недавно принимала душ.
В голове вдруг возник образ обнаженной Гордеевой. Капли воды стекают по светлой, но загорелой коже, оставляя тонкие дорожки на груди и животе. Потом все ниже, к красивым бедрам и ровным ногам. Нет! Не может такого быть! Мне нравится выскочка?