- Нет, ничего такого. Но в последнее время я не часто была в "Осколке", так что ничего точного сказать не смогу, - произнесла я, выруливая на проезжую полосу.
- Скверно, - сморщился он, пристегиваясь. - Думаю, Сотников не откажет нам в небольшой консультации по этому вопросу. Тем более, твоя безопасность в его интересах. Я ведь правильно понял?
Я раздраженно скрежетнула зубами. Что ни говори, но я терпеть не могла этот язык сухих фактов, коим отец владел в совершенстве. Смысл - один, но без лишней информации. Я осознавала, что разговор в таком стиле будет ожидать и Алистера, и Мишу. Отец любил нам выдавать информацию частично и каждому разную, чтобы мы идеально сыграли свою роль в его системе.
- Верно.
- Умный парень. Надеюсь, - протягивает папа последнее слово с недоброй уже интонацией. Казалось, его даже не удивили мои отношения с его экс-агентом... словно он на это и рассчитывал. - Акерманы под арестом, так что за пределами Франции - путь им заказан. Но вот Червонцевы быстро приобрели друзей среди наших конкурентов в России.
Мышцы на спине окаменели от напряжения. Все знают, что, когда начинается война, то стараются привлечь больше союзников. Любопытно, кто такой смелый, что примкнул к Червонцевым?
- Кесарь сообщил мне, что они изъявили желание с ним сотрудничать, - произнесла я.
- Я в курсе, - кивнул он. - Вечером устроим семейный совет. И обсудим... кое-какие детали дальнейших действий. Так же всё совершается в нормальных семьях? - иронично осведомился отец. Черты лица мужчины смягчились, а сам он лукаво улыбнулся, протянув: - Твоя мать до сих пор здесь? Миша уведомил меня, что она паспорт с билетами потеряла прямо перед вылетом. Какая досада.
Я прикусила изнутри щёку, дабы веселый смешок не сорвался. Ну да, папа так сильно переживает за потерю паспорта мамы, что чуть не поёт от радости. Интересно, им не надоедает постоянно друг друга подставлять?
Что ж... значит, сегодня состоится первый за четыре года семейный совет Венюа, где мы собираемся всем составом. Только в обычных ячейках общества предпочитают обсуждать нынешние дела каждого участника, а не рассуждать о том, как получше выкопать глубокую яму, в которую собираются сбросить не только ядовитых гадюк и крыс, но и другую семью.
Глава 18.
Вкус никотина не приносил никакого гребаного расслабления.
Миша чуть ли не с ненавистью откинул от себя недокуренную сигарету. По сути, он их терпеть не мог. Точнее, не выносил ни вкуса, ни въедливого запаха табака. Спросите, зачем это ему? Просто парень не мог не признать полезность страсти никотиновых наркоманов. Они немного успокаивали его гиперактивный мозг, что взбалмошными скачками совершал полет мысли и разгонял кровь.
Он зашел в переулок, за клубом, облокотился спиной о грязную бетонную стену и принялся отмерять минуты. Достаточно немноголюдно и довольно далеко от его внедорожника. Миша с легкой грустью взглянул назад. Машину отвезут на штрафную стоянку за неправильную парковку.
Чёрт.
Служебная дверь распахнулась со звонким смехом. Две молодые девушки (наверное, после рабочей смены) вышли на улицу, о чем-то переговариваясь. Миша отвёл тут же глаза, пытаясь подавить на напряженном лице вселенскую скуку. Он отлично знал, что прямой и изучающий взгляд незнакомца в пустом переулке - испугает любую женщину.
Да и вызывать страх - мужчина не любил. Если ты сразу оказываешь влияние опасной и грозной личности - то велик шанс, что твои слова никогда не запудрят голову человеку и не вызовут никакого эффекта. Любое живое существо, что чувствует сильный испуг, не проникнется никакими нужными манипулятору эмоциями. Например: доверие, симпатия, дружба, любовь и прочее. А ему не нравилась быстрая и открытая игра.
Девушки прошли мимо него, обдавая шлейфом цветочных духов. Они зашептались о чем-то, оглядываясь на него и букет белых роз в его руках. Губы Миши дрогнули в улыбке. Из троих детей Доминика Венюа - он больше всех обожал внимание и не стыдился в этом признаваться. У каждого свой порок.
Холодный ветер окатил его, пробирая до костей. Он прикусил нижнюю губу, отгрызая губами засохшую кожицу. Дурацкая привычка. Но парню было просто необходимо на что-то отвлечься, чтобы не отойти от плана. Никакой импровизации, мать её.