— Наверное, ты из крепости? — спросили наши путники у незнакомца.
— Прямо оттуда, — ответил тот, останавливаясь.
— Что там нового?
Незнакомец рассказал, что мусульмане покинули свои села, укрылись в крепости и в большом страхе ждут прихода Давида Бека. Асламаз-Кули-хан укрепляет город, раздает населению оружие. Но ужас сковал правоверных, люди в отчаянии. В мечетях полно мулл, они призывают к молитве, уповая на помощь аллаха.
Во время этого рассказа лицо цирюльника изобразило возмущение. Положив руку на пояс с бритвами, он произнес:
— Ах, дали бы мне в руки этого неверного Бека, я бы охотно перерезал ему горло!
— Моим теслом удобнее размозжить ему голову, — вступил плотник
— А ты куда идешь? — спросил у мусульманина цирюльник.
Видя ненависть своих ревностных собеседников к «неверному Беку», магометанин так расположился к ним, что сообщил, кто он и куда направляется.
— Значит, ты гонец с письмом от Асламаза-Кули-хана? — уточнил цирюльник.
— Ага, несу письма к Фатали-хану, — ответил тот. — Надо доставить завтра утром.
— Да придаст бог силы твоим ногам, — сказал цирюльник, — к утру-то непременно поспеешь. Наверное, Асламаз-Кули-хан просит помощи?
— Да, он просит помощи. Если Зеву будет взят, то после этого армяне легко овладеют Воротаном и Алтинджем, где сидит Фатали-хан. Вот потому-то Фатали обязан помочь нам.
— Да поможет тебе бог, — ответил цирюльник с каким-то особым чувством. — Торопись, брат, торопись, мы у тебя отняли слишком много времени.
Наивный гонец не заметил, как при последних словах цирюльник подмигнул плотнику. Тот быстро смекнул, в чем дело.
Гонец попрощался и уже хотел было расстаться со своими собеседниками, как цирюльник взял его за руку, отвел в сторону и сказал:
— Не иди этой дорогой, братец, каждую минуту ты рискуешь попасть в руки людей Бека. Дьявольские отродья заняли все горы и долины. Дай-ка я покажу тебе отличный путь — и близко и безопасно.
С этими словами он вывел гонца на узкую тропинку, которая вилась между поросшими кустарником холмами, а дальше разветвлялась в разные стороны. Гонец, которому была знакома эта тропинка, поблагодарил цирюльника за добрый совет и удивился, как это он не подумал об этом сам.
Во время разговора плотник стоял возле гонца, и когда тот повернулся к ним спиной, быстро сунул руку в хурджин, висевший у него за спиной, и было делом одной секунды вытащить тесло и обрушить на голову гонца сильный удар.
Мусульманин, шатаясь, потянулся за пистолетом, висевшим у него на поясе. Но ученик цирюльника успел всадить ему в грудь нож. Гонец упал. Сильной рукой плотник оттащил труп в сторону, укрыл в кустах и вынул у него из-за пазухи письмо к Фатали-хану.
Солнце уже зашло, сумерки заметно сгустились. Движение по дороге прекратилось. Трое путников, словно совершив самое обычное дело, спокойно и безмятежно продолжали путь.
— Если бы было светло, я бы охотно прочел письмо, — сказал плотник.
— Даже не читая, могу сказать, что там написано, — ответил цирюльник. — Нам только нужно было, чтобы оно не попало в руки Фатали-хапа. Мы опаздываем, братья, прибавьте шагу.
До крепостных стен они добрались, когда уже стемнело. Вокруг царила глубокая тишина, прерываемая порой окриками ночных сторожей. Все ворота были на запоре, а как-нибудь иначе проникнуть в крепость не представлялось возможным: высокие стены делали недоступным это логово разбойников.
Трое друзей направились к ущелью, куда резко обрывалась крепостная стена, а в глубине стремительно несся Алидзор. По обоим берегам вдоль ущелья росли фруктовые сады, погруженные сейчас в ночной мрак. Здесь путники стали кого-то искать.
— Бы-жи, бы-жи! — звал цирюльник, как заботливая хозяйка звала бы заблудившегося в кустах теленка.
Теленок не появлялся. Цирюльник повторил свой зов. И тут издали донеслось мычание теленка: «Б-э-э-э…», и какой-то человек, выйдя из-за деревьев, подошел к ним.
— Наконец-то, — едва слышно произнес он, — я уже устал ждать, измучился… Что вы так опоздали?
— По дороге подвернулось небольшое дельце с ханским гонцом, это отняло у нас время, — ответил цирюльник. — Ты лучше скажи, как поведешь нас?
— Прямо через главные ворота, — ответил мужчина, — нам отопрет сам сторож. Идите за мной, я уже все уладил.
И они направились к главным воротам.