В декабре 1944 года проводили мы Надю домой. Как добралась, как жила в Пудоже да в Петрозаводске — особый разговор. 26 марта родился у нас сынок. Алёшей назвали в честь отца моего и Надиного брата, погибшего на финской, в 18-й дивизии, окружённой под Питкярантой. Сейчас Алексею Сергеевичу уже шестьдесят один год. Иногда он говорит, что тоже ветеран нашей знаменитой, родной карело-финской 71-й Краснознаменной Торуньской дивизии. Как-никак воевал с мамой с июня по декабрь 1944 года. И попробуй, возрази ему.
Не жалей пота — сбережёшь кровь
Двадцать второго июня 1941 года началась война, а уже в июле в Карелии стали создаваться партизанские отряды. Первый отряд в Петрозаводске был, как известно, сформирован из рабочих и служащих Онежского завода. В отряд «Красный онежец» записались около ста человек. Командиром отряда назначили директора завода Владимира Тидена, позже его заменил пограничник Иван Кравченко.
После недолгого обучения отряд был послан на север Карелии и всю войну, вместе с другими отрядами, действовал в зоне Реболы, Муезеро, Ругозеро, где стояли гарнизоны 14-й финской дивизии.
Войск Красной Армии тут находилось немного, и поэтому советское командование возлагало большие надежды на партизан. Задачи, которые ставились перед партизанами: нападать на финские гарнизоны, минировать дороги, взрывать мосты, уничтожать линии связи, обстреливать небольшие колонны, обозы. Нападать и быстро уходить назад. И вообще, не давать финнам спокойной жизни.
Первое нападение на финский гарнизон отряд «Красный онежец» совершил в деревне Муезеро в конце лета 1941 года. Голодные, плохо обученные партизаны пытались окружить гарнизон. Завязался бой, потери были с обеих сторон, но финны вызвали авиацию, и партизанам пришлось отступить.
Шли дни. Отряд «Красный онежец» регулярно уходил на задание, которое иногда длилось до тридцати дней. Минировали дороги, нападали на финские посты, взрывали телеграфные столбы. Пробирались через болота и реки, зимой на лыжах в мороз и метель. На плечах тяжёлый мешок с продуктами, патронами, гранатами.
…Летом 1977 года ветераны отряда «Красный онежец» съехались в посёлок Муезерский, оттуда поехали по местам боёв. Был с партизанами и я со своей съёмочной телевизионной группой. Долго стояли ветераны у моста через речку Чирка-Кемь. Здесь когда-то разгорелся горячий бой, а затем мост взорвали партизаны «Красного онежца».
В тот же день мы поехали по дороге Кочкома — Реболы. Остановились на 168-м километре у небольшого памятника, сваренного из стальных листов. Этот памятник поставили молодые рабочие Онежского тракторного завода в 1974 году. Памятник взводу Тимофеева, взводу, погибшему 19 июля 1942 года. Вот что рассказал мне командир отделения Михаил Клевин, один из немногих, кто чудом остался в живых. Я тогда впервые услышал об этой истории и записал его рассказ слово в слово.
— Нашим взводом командовал Иван Тимофеев, лейтенант. В мирной жизни он был диспетчером цеха на Онежском заводе. Командир грамотный, молодой, везучий, всегда выходил умело из самых сложных ситуаций. Только вернулись мы из похода и сразу новое задание получаем: идти на дорогу Кочкома — Реболы, минировать дорогу, рвать провода. Обычное задание. Пошли лесом по бездорожью. Комары, болота, реки. На спине «сидор» весом пятьдесят килограммов: продукты, патроны, взрывчатка. Шли четверо суток. Вышли на дорогу недалеко от деревни Муезеро. Позади сто километров пути. Устали до смерти. Тимофеев разбил взвод на три группы. У каждой группы своя задача. Наша группа уничтожила два пролёта телеграфно-телефонной линии в семь проводов, другая заминировала дорогу, сделала завалы, третья из засады обстреляла небольшую колонну солдат-велосипедистов.
Вскоре все мы собрались в условленном месте, недалеко от села Емельяновка. Тимофеев был очень доволен, радовались и мы, что так успешно и быстро справились с нашим делом. Скоро будет отдых!
Тимофеев уводит нас от дороги в глухомань. Идём, еле ноги тянем. Начали разговоры заводить, что хочется есть, спать, что тянет к земле мешок, что пора отдохнуть, полежать. Шли, шли. Комары нас едят. Жарко, ну прямо мокрые от пота бредём. И вот тут Тимофеев поддался нашему общему настроению и, весело улыбаясь, отдаёт приказ повернуть к небольшому озеру. Отошли мы километров на шесть от дороги. Конечно, мы все ожили. Побросали «сидора», искупались, развели костёр, стали варить суп из концентратов. Быстро поели и… быстро заснули.