Возникает вопрос: неужели всевидящее око ГПУ, а позже НКВД, не знало этот эпизод из жизни композитора? Разумеется, знало, а коль знало, почто не дало ход? Почему не упрятало Книппера в Магадан? На сей счёт есть ответ. Лев Константинович, вернувшись на родину, был под колпаком у этих организаций, а возможно, был внештатным сотрудником. Такова могла быть плата за возвращение в Россию.
21 июня 2007 года по ТЦТ прошла сенсационная телепередача «Московская паутина». Передача обнародовала невероятные подробности создания наших подпольных диверсионных групп в Москве в случае занятия столицы немецкими войсками в октябре 1941 года. Была создана разветвленная сеть агентуры, подготовленной в спецшколе. Каждый имел своё конкретное задание. Самое значительное задание, самое главное получил Лев Константинович Книппер.
…Итак, Книппер остаётся в Москве. Он немец, он радуется приходу немецких войск. Случилось то, чего он, ненавидевший большевиков, ждал все эти тридцатые и сороковые годы…
И вот Москва пала. Разумеется, дабы покрасоваться перед всем миром, в Москву приедет Адольф Гитлер. В Москве пройдут торжества. Гитлер выступит с исторической речью. После, как водится, состоится большой концерт знаменитых артистов Германии. Конечно же, в концерте примет участие выдающаяся актриса Германии Ольга Чехова, Ольга Константиновна Книппер-Чехова, сестра Льва Константиновича.
Ольга уехала в Германию сразу после революции. Она вышла замуж за знаменитого режиссёра и актёра МХАТа Михаила Александровича Чехова, тоже уехавшего в эмиграцию. Оба эти таланта стали гордостью Германии и Европы. Но личная жизнь у них не заладилась, и Ольга покинула мужа. Тому было несколько причин, но основная — великой актрисе симпатизировал сам Гитлер. Эта привязанность, эта дружба оказалась постоянной и долгой.
Вполне вероятно, Ольга приезжает в поверженную Москву, возможно, даже в свите Гитлера. Её находит милый брат Лев. Он повествует ей ужасы большевизма, рассказывает о страшных годах ожидания ареста, расскажет о кровавом маньяке Сталине, приведшем к поражению Советского Союза, и гениальной прозорливости Адольфа Гитлера и скажет, что у него давняя навязчивая мечта пожать руку фюреру, принесшему свободу Европе.
Ольга, обрадованная свиданием с братом, несломленным, необолваненным в Советской России, искренне любящим фюрера, согласится уважить просьбу брата представить его фюреру, и тогда Лев Константинович выполнит главное задание руководства НКВД — убьёт Гитлера.
Льва Константиновича чекисты долго готовили, обдумывали способы убийства Гитлера. Книппер был готов на всё. Именно на всё! Понимая умом и сердцем — живым он не останется.
Но Москва выстояла, Советский Союз победил. Готовность композитора Книппера убить фюрера, готовность пожертвовать собой, очевидно, стала известна Сталину. Как отблагодарить Льва Константиновича? Наградить орденом? За что? За то, что не пришлось выполнять задание? Ну, будет ему приколот к груди орден, об этом узнают родные и друзья, спросят: «За какие такие заслуги?» Тем более что Книппер не был на фронте, не был выдающимся композитором; правда, в довоенные и послевоенные годы радио довольно часто передавало его «Полюшко-поле».
В 1946 году Лев Константинович Книппер получает Сталинскую премию. Через три года — снова Сталинская премия. Следует сказать, что в этот период, между премиями, он написал музыку к двум операм: «На Байкале» и «Источник счастья». Оперы не имели большого успеха, а сегодня о них знают только заядлые театралы и историки театра.
Но вернёмся в Дом творчества под Сортавалой. Вспоминаю строгое, аскетическое лицо Льва Константиновича, его длинную худую руку, крепкое рукопожатие цепких, слегка скрученных пальцев, в октябре сорок первого сжимавших гранату или пистолет. Так вот, оказывается, кто мне жал руку, вот, оказывается, кого я видел, с кем разговаривал. С человеком, который должен был убить Гитлера.
Две встречи
О том, что в Болгарии открылся Международный Дом отдыха журналистов, я услышал, кажется, в начале 1962 года. Попасть туда можно только став членом Союза журналистов СССР. Это обстоятельство как-то ускорило мои намерения: я собрал все свои важнейшие публикации, к тому времени их у меня уже было предостаточно. Не мешкая, получил рекомендации старших коллег и характеристику со студии телевидения, где я работал старшим редактором информационной программы. Решение нашей Карельской организации утвердила Москва, и вот уже у меня в руках кожаная, тёплая книжечка с золотой надписью «Союз журналистов СССР». Хорошее, действенное удостоверение, помогало во многих сложных ситуациях, особенно если надо было срочно достать билет на поезд, на самолёт, получить льготный билет в музей, в московский театр.