«Я буду тебя очень-очень ждать»
А потом подумав, отправила ещё и поцелуйчик.
«Это радует» — пришло в ответ. Он сдержан. Либо чем-то расстроен, вернее я его чем-то расстроила, либо погружён мыслями в дела.
У входа в детский сад, сунув руки в карманы, застыл какой-то мужчина, мне даже пришлось сбавить шаг, чтобы осторожно пройти мимо не задев его. Соприкосновение с посторонними всё ещё вызывает у меня дикую панику. Шмыгнув бочком, я случайно наткнулась на его взгляд. И …этот взгляд заставил меня внутренне сжаться. Что-то жуткое таилось в глубине этих глаз, леденящее и безжалостное. Не пойму из-за чего, но у меня возникло такое ощущение, что … я уже сталкивалась с этой тьмой. Ускорив шаг, я забежала внутрь. Полностью одетый, Никитка уже сидел на стульчике, подпрыгнув при моём появлении.
- Мамочка, а папа где?
— Он … уехал по делам, — всё ещё не в силах унять дурацкую дрожь, протянула я руку вмиг надувшемуся ребёнку. — Ну, чего ты расстроился? Он скоро вернётся, и ты покажешь ему свою коллекцию машинок.
— А я хотел сегодня!!! — запищал мой капризуля. — А ещё красная машинка сломалась!
— Значит, купим красную, — я готова согласиться уже с чем угодно, лишь бы он прекратил истерику, потому что я сама на грани паники. Меня не отпускают мысли о том человеке. Моё подсознание, тот тёмный угол пытается до меня достучаться.
— Сегодня! Сейчас! Купим машинку сейчас!
— Ладно, давай заглянем в магазин и присмотрим тебе новую игрушку, только если ты обещаешь мне хорошо себя вести, — вдруг понимаю, что я всё хуже и хуже справляюсь с воспитанием, что мой мальчик манипулирует мной своими капризами, а я поддаюсь, не в состоянии в нужном месте проявить твёрдость. А вот Захар бы справился, как лидер интуитивно подобрал бы слова, гася истерику. Возможно, виной всему тот человек, но в этот момент я ощутила себя такой слабой и до ужаса беспомощной. И мне по сумасшедшему захотелось ощутить руки Захара, ощутить его уверенность, спрятаться за его широкой крепкой спиной.
Подозрительный мужчина всё ещё стоит у ворот детского садика, проскочив мимо него, я почти бегом тащу Никиту в сторону магазина:
— Давай, малыш, давай быстрее пока машинки не разобрали, — сочиняю я, вру ему на ходу, лишь бы он продолжал бежать и не понял, что я просто до смерти перепугана. Возле самых дверей я всё-таки обернулась, тут же выхватив взглядом фигуру незнакомца. Это была не паранойя. Он пошёл за нами и не просто пошёл, видимо, он тоже бежал. Лапа страха знакомой хваткой сжала меня за горло, а из подсознания всплыл тот мерзкий шепот четырёхлетней давности: «Закричишь — подыхать будешь в муках, будешь вести себя тихонько — убью быстро». Я даже не помню, как схватила телефон, опомнилась только услышав голос Захара:
— Мне приятно, что ты уже скучаешь, — он улыбался, у него было всё хорошо.
— Ты где? — выдохнула я не своим голосом.
— Сажусь в самолёт. Что-то случилось?
— Ты … твои люди случайно не ходят за мной следом?
— Нет. Телохранителя я не приставлял, мои парни присматривают только за офисом и твоим домом, ты ведь кроме работы и дома больше нигде не бываешь, — чувствую по интонации, как он напрягся. — Злата, ты напугана. Говори, что стряслось? Мне прислать охрану? Где ты?
— Не бери в голову. Просто показалось. Тебе пора лететь. Увидимся! После чего тут же вызвала такси прямо к магазину и оплатила сразу две красные машинки, которые мой ребёнок схватил мёртвой хваткой не желая расставаться ни с одной из них. Взяв Никитку на руки, я вышла из магазина только после того, как убедилась, что такси уже подъехало, прожогом кинувшись к машине. И так же быстро бежала к дому, еле-еле попав в замочную скважину трясущейся рукой, вздрагивая от голосов и шагов прохожих.
Дома в первую очередь убедилась, что все окна заперты и ещё раз проверила дверь, включив свет во всех комнатах. Благо мой ребёнок был увлечён новыми игрушками, не обращая внимания на бледную и трясущуюся мать. Заварив себе чаю, перед этим наглотавшись успокоительных, поддавшись какой-то интуиции, я выключила на кухне свет и выглянула в окно. Отсюда хорошо просматривалась улица …и на противоположной стороне … он.