Кирсанов пытался прийти в себя. Он с трудом сдерживал ту бурю эмоций, которая бушевала сейчас внутри. Прикрыл на мгновение глаза, возвращая контроль над собственными чувствами.
– Я ушел от жены. Переехал. Ты знаешь, что я никогда ничего не делаю просто так. – Наконец, сказал он.
– Я за твой уход что-то тебе должна?
– Да. – Не задумываясь, ответил, – должна быть со мной и должна быть счастливой.
Алина ошарашено замерла. Вглядывалась внимательно в его лицо, будто что-то там рассмотреть пыталась, будто доказательства сказанному искала. Потому как это было слишком фантастично, нереально. Произнесенные Кирсановым слова, значили куда больше, чем казалось на первый взгляд. Это было своего рода признанием. По сути его слова приравнивались к фразе: «Ты мне нужна». Алина точно знала: она не ошибалась. Артур никогда не бросает слов на ветер, для него не существует пустой болтовни. Он сейчас приоткрыл ей свои чувства. Алина улыбнулась. Не смогла сдержаться. Протянула руку и сжала его ладонь. Хотелось быть ближе. Кирсанов всё понял: переплел их пальцы, отбросил на тумбочку полотенце, которое всё это время держал в левой руке, и усадил Алину к себе на колени, обнял крепко, но осторожно, опасаясь причинить боль. Объятия Кирсанова окутывали теплом и надежностью, Алина расслабилась в его руках, отпустила напряжение, и сразу почувствовала, как глаза стали закрываться сами собой, захотелось спать, но еще сильнее хотелось чего-нибудь перекусить. Вот прямо желудок начало сводить от голода.
– Я есть хочу, – тихо прошептала она куда-то в район его груди. – Ты, наверно, тоже голодный, – она попыталась встать.
Кирсанов пресек ее попытки, сильнее стиснул в своих объятиях, поднялся вместе с ней. Так и направился на кухню.
– Я сама могу, – слабо возразила.
– Можешь, - Артур улыбнулся, - но давай сегодня я сам. – Он опустил ее на удобный стул. – Ты будешь суп или котлеты? Все вкусное, домашнее.
– А можно и то, и то? – спросила смущенно.
– Можно, – согласился он, вытаскивая из холодильника кастрюлю с куриным супом.
Обернулся к Алине и нахмурился. Она о чем-то задумалась и, судя по ее лицу, мысли ее были не слишком приятные.
– Что случилось? – спросил Артур, подходя к ней поближе.
– Кто тебе готовит? – не стала юлить. Спросила напрямую.
– Обычно сам, но сейчас некогда было.
– Тогда откуда домашняя еда? - перебила его, не дослушав, - ты сказал, что всё домашнее.
– Я и сейчас говорю. – спокойно отозвался он.
– Жена приготовила? – высказала предположение, не дала договорить. Потому что домработницы ц него не было – она точно знала. Он послал ей убийственный взгляд.
– Та-а-ак, - протянул Кирсанов. – Ясно. Уже накрутила себя. – Артур выругался. – Алина, если я сказал, что ушел от жены – значит я ушел. – Резко проговорил он. – Не надо придумывать то, чего нет. В первый и в последний раз я отвечаю на такие вопросы. Отчитываться перед кем-то не в моих правилах, но для тебя, так и быть, сделаю сегодня исключение. Ко мне сестра приезжала и наготовила.
Алина вновь почувствовала себя маленькой дурочкой. Сама себе удивлялась, когда успела превратиться в глупышку. И пусть этого Кирсанов никогда не озвучивал, но хотелось оставаться в его глазах умной, рассудительной женщиной, а не истеричной особой без мозгов.
– Алина, давай на выходных съездим в Дом отдыха: поплаваем, покатаемся на лошадях, поедим шашлык. – Неожиданно предложил он.