3.2
К счастью, от надобности отвечать, меня избавляет Рита, сейчас я ей рада, как никогда!
- Так, я договорилась! А ты что здесь делаешь? – не будучи оригинальной, интересуется подруга у Матвея, однако, не дав ему времени на ответ, продолжает сама. – Хотя пофиг. Кир, поехали, я с ног валюсь, спать охота.
- Домой? – елейным тоном, который мне совершенно не нравится, интересуется Матвей.
- Нет конечно, на афтепати! Кир, где мы стриптизеров потеряли? Хотя плевать на них, зачем нам эти, новых найдем! – раздраженно тараторит Рита. – Что за дебильные вопросы?
- Ах, точно, все время забываю. Годы, болезни, лекарства по расписанию! Старость она такая. – тихо цедит Матвей, но я все слышу. Сейчас его слова для меня звучат как сквозь громкоговоритель.
Несмотря на то, что смотрит парень на Риту, я понимаю – обращается ко мне. Тем более, что подруга даже сути не разобрала.
- Что ты там бормочешь? Со мной едешь?
- Свят-свят! – Матвей разводит руки и переводит взгляд на меня.
Смотрит с вызовом, ждет реакции. Второй раунд, значит?
Если он – сын друзей, то я – старуха?
- Рит, я пешком пройдусь, езжай без меня. – говорю, смотря в карие глаза Матвея, который даже не пытается скрыть победной улыбки.
- Ладно, как скажешь. – кажется, подруга, которая обычно во всем меня опекает, настолько хочет спать, что даже не переживает. – Матвей, проводи Киру, а ты сообщение напиши, как доберешься.
Хотя нет, все-таки переживает.
- Обязательно, дорогая мачеха!
В ответ на обращение «дорогая мачеха» показывает парню средний палец, слабо улыбается мне и лишь потом идет к машине.
- Гармония и любовь царит в нашей семье. Все, как мне нравится! – заключает Матвей, когда за Ритой захлопывается дверца, и автомобиль трогается. – Ну что, идем?
Я поднимаю взгляд на парня и, успев проклясть себя за то, что согласилась на такую сомнительную авантюру, киваю. Отступать уже все равно поздно, да и рассвет я на самом деле давно не встречала.
- Идем.
- Тогда стоит поторопиться.
Он указывает рукой в сторону порядком поредевшей компании, и я следом за ним иду в их сторону. Среди оставшихся – двое девушек, которые, судя по взглядам, моему появлению не очень рады, двое парней, которым просто интересно, и один, до сих пор провожающий взглядом такси с Ритой.
- А мачеха у тебя – огонь. – сообщает он Матвею, когда автомобиль скрывается за поворотом.
Обладатель «огонь-мачехи» фразу, которую, видимо, слышит далеко не в первый раз, оставляет без внимания, вместо этого, указывая по очереди на присутствующих, сообщает:
- Вита, Лера, Рус, Фил и Олег.
Как будто я имею хоть малейший шанс запомнить.
- А это? – интересуется Олег, он же ценитель Ритиной внешности.
- А это Кира. Моя… - он делает паузу и, смотря мне в глаза, улыбается самыми уголками губ. – Знакомая. Пойдемте уже, нифига не успеем.
Ну хоть не одногодка мачехи! И на том спасибо!
И мы идем в сторону окраины города, пролезаем через дырку в заборе, ограждающем промзону. В этот момент взрослая умная Кира внутри меня, та, которая замужем и с высшим образованием, во всю хочет остановиться. Развернуться и пойти домой. Но та Кира, которая соскучилась по приключениям, с энтузиазмом, чуть пригибаясь, пролезает на территорию промзоны и бежит за остальными в сторону заброшенных цехов.
Я меняю одну иллюзию на другую, наслаждаюсь имитацией свободы в компании, где мне, давайте на чистоту, не место. Но отпускать это ощущение нет сил.
Всего один рассвет.
Уже у самого здания, пользуясь тем, что друзья Матвея на достаточном расстоянии, спрашиваю:
- Ты ведь в курсе, что это закрытая территория, и находиться здесь нельзя?
- Серьезно? – усмехается парень и, запрыгнув на бетонную плиту, протягивает руку, предлагая помощь. – Рите звонить будем? Уверен, в связи с таким грубым нарушением закона, она даже во сне за десять минут сюда долетит.
Я сомневаюсь лишь секунду, а потом качнув головой, вкладываю свою ладонь в его и уже бегу вверх по лестнице, ведущей сперва на чердак, а потом и на крышу.