Лена относилась к тем девушкам, от которых челюсть отвисала помимо воли. Кукольное личико, пышная грудь и точёная фигурка в облегающей одежде, только распаляющей стремление поскорее освободить красотку от ненужного тряпья. Конечно, как выяснилось позже, все внешнее великолепие феерично сочеталось с полным отсутствием мозгов. Впрочем, в постели острый ум значения имел мало. Да и Даня в ту пору не знал о недостатке красноволосой конфетки, и, признаться честно, если бы и знал, ментально тащить ее в темный закуток никто не мешал. При остальных раскладах ему святила лишь огромная дыра от бублика. При виде обезображенного тела подобные особы яро высказывали свое циничное "фи".
Ненавязчиво поглядывая в сторону источающей феромоны самки, молодой человек не уделял никакого внимания ее подруге. Последняя сидела к нему спиной и, казалось, абсолютно не слушала жестикулирующую рядом девушку.
- Красотка, да? - толкнул Даниила в бок Виталя с широкой улыбкой из щербатых зубов. - С такой бы я не прочь, - мужчина многозначительно улыбнулся.
- Я думал, ты женат, - недоуменно проговорил Романов, отвлекаясь от увлекательного занятия. - Да и ребенка ждёте. Вроде.
- Вот женишься, - встрял бритоголовый Леня и заглянул в быстро пустующую пивную тару, - поймёшь. Как только баба выест дыру в башке.
- Точно, - закивал Виталий и вновь бросил весьма похотливый взгляд на эффектную Барби. - А какая у нее задница!
Не сумев побороть любопытство, Даня тоже повернулся, но, вопреки ожиданиям, пятая точка барышни потеряла для него всякий смысл, как только глаза ухватились за черты выразительного сердцевидного лица со светлыми бровями и аккуратным несколько "озорным" носом. Вид у девушки был настолько скучающим, словно она уже битый час слушала о новых трусах, что врезались меж булок при ходьбе. Собственно, настолько странное предположение было довольно близко к правде.
Совершенно позабыв об осторожности, Даниил пялился на подружку красноволосой сродни сумасшедшему. Во всяком случае, он считал, что именно так и выглядел со стороны. И, что более странно, не мог объяснить своего интереса и того, что на ее фоне Барби померкла, превратившись в размытое пятно.
Что-то было в ее лице. В позе. Во всем неброском гармоничном образе, сдобренном утонченностью и какой-то необъяснимой мудростью, едва заметной морщиной прорезавшей низкий лоб.
Нежданно взор светлых глаз скрестился с его. Сердце Романова пропустило удар от смущения, к щекам прилила кровь. Из ряда вон выходящее событие.
Когда изящная рука взметнулась вверх и помахала приветливым жестом, Даниил лишь сглотнул и поспешно отвернулся.
- Ты чего расселся? - вновь пихнулся Виталя и гаденько ухмыльнулся. - Вперёд. Дамочка, похоже, крайне заинтересована.
- Тебе показалось, - нарочито безразлично отозвался парень, правая изувеченная конечность сама сжалась в кулак.
- Да ну? - рассмеялся Леня и скрестил руки на крепкой натренированной груди, крайне заинтересовано смотря поверх головы нерешительного коллеги. - Очень вряд ли.
Едва последнее слово повисло в душном воздухе, наполненном запахами алкоголя и пряностей, Даниил всей кожей почувствовал пристальное внимание к своей персоне. На интуитивном уровне.
- Смотри-ка, - заговорщически шепнул Виталий, то и дело оборачиваясь. - Глаз не сводит. Хорош сидеть. Бери быка за рога. Она, конечно, не та рыжая. Но тоже ничего такая.
Сделав пару больших глотков из бокала на высокой ножке, Даня так и продолжил сидеть на месте.
- Ну ты и идиот, - сказали мужчины в унисон, как только две подруги устремились к выходу.
Парня это нисколько не тронуло. Лучше быть идиотом, чем увидеть разочарование, что несомненно промелькнуло бы на харизматичном лице, стоило ему задрать рукав выше кисти.
***
Сейчас
Быстро оправившись от смятения, Даниил в один шаг очутился рядом с девушкой, которая тут же попятились назад, не отнимая от уха яблочный смартфон.
- Не подходи ко мне, - кукольное лицо скривилось, будто она объелась лимона.
Голубые глаза скосились на правую руку парня, скрытую рукавом черной куртки, Лену передёрнуло. Подобная реакция Даню уже давно не трогала. Во всяком случае, не настолько, чтобы ей можно было предавать большое значение.