3
Сколько правил можно нарушить, если в твоем распоряжении одни только нули и единицы? Одно, два, десять? Но если у тебя есть Катя, правил не существует вообще. С помощью простого голосового управления или даже скомпонованного мысленного посыла (при условии подключения в мыслеуправляемую систему) Катя буквально выворачивает наизнанку любого человека. Не важно, кто этот “счастливчик”, Катя уже знает о нем все: вес, рост, количество имплантированных зубов, сексуальные предпочтения, кодовые слова, и, наконец, самое простое – биографию. Будь объект хоть трижды засекреченным агентом, системе не составит труда разоблачить его и мгновенно донести в центр управления всю подноготную персонажа. Катя способна выудить из памяти человека такие детали, о которых он сам даже не подозревает: вскользь увиденный номер автомобиля, давно забытый запах, расположение облаков на небе в тот или иной момент времени.
Аббревиатура “Катя” расшифровывалась как “Кибер Программа Автономного Толкования Я”. Программа была подключена к глобальной системе “Дикая орхидея” и запросто могла использовать любой из дронов как в качестве информатора, так и как своего суперагента.
Бесспорно, Катя была главной гордостью российских спецслужб.
Мартина Катя просканировала на пропускном пункте Кавказа с помощью маленького дрона. Проверка документов после этого носила формальный характер. Мартин не догадывался о своей полной наготе перед Федеральной Службой по делам иностранцев и спокойно ждал своей очереди через Контрольно-пропускной пункт. Он мечтал поскорее оказаться на эскалаторе, увозившем туристов в ближайшую гостиницу. Если бы кто-то рассказал немцу о том, что произойдет дальше, он решил бы, что попал в дурацкий фильм. А произошло вот что.
Молодой лейтенант, вскользь взглянувший в паспорт Мартина, перевел взгляд в монитор и внезапно снял фуражку. Несколько секунд он смотрел на экран, затем встал со стула и вытянулся, как на параде.
– Я бы просить уважаемого остаться в отделений, и випить немного рюсский сбитень, – сухо перевел из нагрудного кармана женским голосом переводчик Мартина. – Ваши услуга номер в отеле за счет принимающая сторона. Ошень прошу, сутка провести время в наши отель до приезда важного гостей.
Мартин ощутил под сердцем легкий холодок и стал озираться по сторонам.“Мышеловка захлопнулась”, – промелькнуло у него в голове. О том, чтобы выбежать из пункта досмотра и броситься прочь, ловя попутные машины, не могло быть и речи: на пороге стояло двое конвоиров, над головой кружил дрон. О жестоких пытках в подземных казематах угрюмых российских тюрем на Западе ходили такие легенды, что туристам некоторые сайты рекомендовали носить по старинной традиции вшитую в ворот ампулу с ядом.
Лейтенант снова посмотрел в монитор, покраснел и сообщил на чистом немецком:
– О, прошу Вас, не беспокойтесь ни о чем. Мы не причиним Вам никакого зла или неудобства. Катя, наша новейшая операционная система, выявила в Вас мощнейший интеллектуальный потенциал, в котором мы очень заинтересованы. Вы первый просканированный Катей человек, который выдал не только высочайший уровень IQ, но и крайне интересную родословную… Ваша бабушка Инга приходилась внучатой племянницей графини Шахриной, а та, в свою очередь, являлась прямым потомком великой русской императрицы Екатерины. Не каждый год к нам приезжают потомки великих русских царей. Мы предлагаем Вам остановиться в лучшем отеле Приэльбрусья и дождаться визита Министра обороны, который через несколько часов вылетит для личной встречи с Вами. Разумеется, если Вы не согласны, мы не станем задерживать Вас…
Мартин несколько раз сильно зажмурился. Ему показалось, что происходящее похоже на сон. Да, у его действительно была бабушка по имени Инга, которая утверждала, что состоит в родстве с потомками русской императрицы. Но все ее рассказы казались лишь обыкновенными семейными легендами, в которых вымысел и правда неразрывно переплетались между собой и были скорее байками, нежели поводом хоть как-то об этом подумать. И вдруг в далекой стране, на маленьком пропускном пункте, какой-то русский военный выдает ему информацию, о которой могли знать только близкие родственники Мартина.
– Я знал, что Ваши спецслужбы хорошо осведомлены, – пятясь назад и прижимая к груди паспорт, промямлил Мартин, – но я не понимаю, зачем вы мне говорите все это. Я могу уйти? Тогда позвольте мне это.
Мартин беспрепятственно вышел на улицу, зашел за ворота пропускного пункта, сел на скамью, возле которой разливался полноводный ручей, и сделал несколько глубоких вдохов. Вдалеке виднелись склоны Кавказского хребта, прекраснейшее зрелище, от которого у Мартина замирало в груди. Несмотря на то, что верхушки гор сплошь были покрыты снежными облаками, Мартину по-прежнему неудержимо хотелось взобраться на один из великолепнейших пиков. Это чувство знакомо только тем безумцам, которые готовы снова и снова выходить из так называемой “зоны комфорта” в места, где их ждет недружелюбная и роскошная природа. Немцу уже покорилось несколько горных массивов в Мексике и Карпатах, но его заветной мечтой последних месяцев был именно Эльбрус. Мартин вздохнул и печально посмотрел на свою путевку. На ней стоял штамп Кубы и отпечаток. Такая система во всем мире уже устарела, но только не для стран-союзников России. Здесь по-прежнему могли потребовать и требовали паспорт с печатью, бумажный или пластиковый билет. Переданная по открытой связи информация считалась либо непроверенной, либо фальшивой. В этом была доля правды: службы западных стран проверяли информацию незащищенных шифрованием каналов, да и мошенники могли запросто подменить данные.