- Ой! - пискнула она.
- Извините, пожалуйста. - засмеялся Максим. Они начали выбираться из-под стола.
- Вам не больно? - он хотел было сказать, что лоб у него закалённый в боях и потому непробиваемый (под боями он, конечно, имел в виду танцы, где нередко приходилось стоять на голове и не менее часто падать). Он хотел пошутить, но слова застыли на губах.
Перед ним стояла Алевтина, девушка с его работы, о которой он почему-то так часто думал. Не веря своим глазам, он таращился на неё и не узнавал. Платье и макияж с причёской делали её совсем другой. Да ещё какое платье! Недаром он полез под стол за её обнаженной спиной. Волосы цвета меди были уложены в высокую причёску, из которой выбивалось несколько непослушных прядок. Чуть раскосые глаза стали ещё более выразительными благодаря подводке. Высокие скулы, блестящие губы. Она была удивлена не меньше чем он, даже рот приоткрыла в шоке, отчего сделалась ещё более соблазнительной. Максим вдруг, сам не зная отчего, взволновался. Потом заметил нож в её руке и улыбнулся.
- Надеюсь, вы не хотите меня зарезать?
- Что? - Аля растеряно захлопала ресницами, отчего стала выглядеть совсем как девочка.
- Нож. - Максим стал объяснять, что имел в виду, при этом бурно жестикулируя, что всегда происходило, когда он волновался.
- А... - Девушка наконец поняла, что от неё хотят. - Держите.
- Но это ваш нож. Но, всё-таки позвольте, я попрошу чистый. - Максим дотронулся до её руки, но она резко отдёрнула её.
Это немного смутило его. Не перегнул ли он палку со своими шутками? Выглядит и ведёт себя по-идиотски. Он пошёл за чистым прибором, стараясь не думать о скрытых смыслах происходящего.
- Вот. Возьмите. - Максим использовал свою самую очаровательную улыбку.
- Спасибо. - Вот и она улыбнулась. Открыто и даже, как ему показалось, чуть кокетливо.
Через какое-то время ведущий вечера, которого он, кстати, знал, как очень активного и довольно беспардонного парня, решил, что пора отрабатывать гонорар и взялся за микрофон. Он начал нести обычную ерунду про счастье молодых и попросил наполнить бокалы. Максим не прислушивался к его пламенной речи, но всё же подлил вина себе и своей неожиданной соседке.
- А теперь грандиозный всеобщий поцелуй! - (Что это ещё такое?) - Все! Непременно все в этом зале должны поцеловаться!
Что ещё задумал этот шут гороховый? С кем ему целоваться? С плешивым стариканом? Или с девушкой, с которой он не знает, как себя вести.
- А здесь что такое у нас? Кто-то не желает счастья молодым? - Горе-тамада угрожающе приближался к ним.
Максима не прельщало стать посмешищем, а Тима Гордеев, как звали парня, не преминул бы это сделать. Они встречались пару раз на студенческих тусовках и, честно говоря, не особо дружелюбно общались. Поэтому Максим выбрал наименьшее из зол, и потянулся к соседке. Взял у неё из рук бокал, поставил на стол, повернулся... и вдруг увидел её глаза: широко раскрытые, изумленные, - они смотрели на него то ли испуганно, то ли ожидающе. Он даже не подозревал до этого, какие у неё красивые глаза, с невероятным рисунком, словно утренние лучи в морских волнах.
Он вдруг увидел её всю: трепетную, хрупкую, с полупрозрачной кожей, пухлыми губами, чуть вздёрнутым носиком, таким трогательным и по-детски милым. Он взял её лицо в ладони и прижался к её губам своими. Всего на мгновенье, но этого хватило, чтобы ухнуло сердце, дрогнуло. Непонятная дрожь пробежала по его телу и он, испугавшись почему-то этого нового ощущения, отдёрнул руки и отвернулся. Схватил бокал, чокнулся с соседом и выпил одним глотком. Он сидел и не мог заставить себя повернуться к ней. Он не знал, как себя вести, что говорить и что вообще делать. Да, она всегда была ему интересна, но он и не думал никогда о ней в этом плане. Они встречались на работе и случайно в городе, улыбались друг другу, шутили, но его не охватывало такое волнение. Может, виною выпитое вино? Вина в вине... здорово звучит. Он улыбнулся, расслабился, повернулся к ней. Но её не было.
Неужели ушла? Он пробежался глазами по залу и с удивлением обнаружил её на танцполе. Звучала ритмичная музыка, довольная неплохая и необычная для свадебной вечеринки. Анна двигалась в такт музыке, причём очень неплохо двигалась. Максим засмотрелся на неё. Она словно светилась, и он подумал... даже не подумал, а просто понял, что он должен встать и что-нибудь сделать. И он встал и пошёл к ней. Музыка сменилась, и раздались звуки его любимого танго. Это даже не удивило его.
- Позвольте... - Иногда он мог быть очень решительным.
Анна обернулась. Щеки её горели румянцем, глаза сияли, из причёски выбилось несколько прядей. И он снова засмотрелся на неё и почти забыл, что здесь делает. Она кивнула, даже не посмотрев на него и не улыбнувшись. В нём проснулся мальчик с буйным нравом и живым воображением, которым он когда-то был. Ему захотелось показать ей, какой он.