— Даю, — я кивнула и освободила проход.
Пусть валит дальше. Пусть оставит меня в покое. Я не в силах ничего ему доказать. Черт бы его побрал!
Но Тимур не стал подниматься наверх и не позволил спуститься мне. Он вдруг придержал меня за плечи — Не отпирайся. Я же знаю, что тебе понравилось.
И столько самоуверенности в голосе!
Тим ухмылялся, разглядывая меня с видом победителя. Он так и не понял, что в подобных играх нет проигравших.
— Тебе тоже, Тимур, — процедила сквозь зубы, — понравилось. Разве нет? — спросила и вновь попыталась вырваться. — Дай мне пройти!
Но парень не двинулся с места.
— А почему мне не должно было понравиться, Ветрова? — ехидство сквозило в каждом слове Тимура. У этой фразы было вполне очевидное «двойное дно».
Я вспылила.
— Откуда я знаю, что у тебя на уме? Отпусти! Я…
Тимур не позволил договорить.
— Природа тебя не обделила ни лицом, не фигурой, Ветрова, — вдруг снисходительно объяснил мне Керимов.
И я «взорвалась». Злость растеклась по моему телу — от кончиков пальцев до самого сердца.
— Только характером не вышла, правда? — мое шипение было пропитано сарказмом.
Сжимая кулаки, я двинулась на Тима, словно он один был виноват в моих бедах. Но легче было обвинить его, чем признаться в собственных ошибках. Впрочем, может быть, он был виноват… тоже? — А иначе ты бы уже давно мной занялся? Да, Керимов?***нул бы и, не прощаясь, смылся?! В ваших кругах это считает клевым? Развести наивную дуру на одну ночь и кинуть? Ты бы тоже так поступил?
С лица Тимур сползла его блистающая улыбка. Он замер, ошарашенно вглядываясь в мое лицо. А я все никак не могла остановиться. И говорила то, что было мысленно сказано тысячу раз. Но другому человеку и в другой жизни.
— Ты ни черта не понимаешь. Для тебя вся жизнь сплошное развлечение. Праздник каждый день. Но неужели, ты не видишь, что делаешь людям больно?
Я говорила с отчаянием и горечью, обжигающими мне самой губы. Нет, слезы не застили глаз. Мои истерики остались в прошлом. Но, Господи, до чего же было обидно.
Где-то в стороне послышался звук открывающейся двери. Я вздрогнула и замерла, боясь кричать снова. Тимур тоже напрягся и, вдруг схватив меня за руку, потащил за собой наверх.
— Быстрее.
В спальне Керимова я устало прислонилась к двери и закрыла глаза. Ну, и зачем, я бросилась за ним следом? Адреналин еще горел в моей крови, но смысла в своем побеге я не видела никакого. Тимур тем временем нервно прошелся по комнате, что-то с громким бряцаньем бросил на письменный стол.
— Ну и, кто он? Этот придурок из нашего универа? — голос Тимура был на удивление спокоен и тих.
Я промолчала, не видя смысла отвечать на тупые вопросы.
Но Керимов, не дождавшись от меня объяснений, сам сделал закономерный вывод. — Ты ведь поэтому не хотела, чтобы кто-нибудь узнал? Это, наверняка, кто-то из наших.
Черт, какое ему дело!
Я сильнее сжала кулаки и, когда нашла в себе силы посмотреть на Керимова, больше не дрожала.
— Мне надо идти. Извини, что наговорила лишнего. К тебе это не имеет никакого отношения.
Я схватилась за дверную ручку.
— Не торопись. Тебе же все равно нечего делать, — вдруг заявил Керимов.
Такой неожиданный переход от обсуждения моей личной жизни и самого больного ее вопроса до бытовых вещей сбил меня с толку. И я замешкалась на пороге.
Тимур тем временем успел подойти ближе и небрежно протянул мне книгу. Злосчастная стилистика?
— Завтра четвертой парой Синицин. Ты уже читала то, что он задал для семинара?
Я ошарашено смотрела на книгу в руках парня.
— Нет… Когда?… Да и учебник дома. И вообще, я не собиралась завтра в универ.
— Хочешь пропустить? — Керимов поразился моей смелости. — Но завтра после обеда пара у Козловой. Если «забьешь», потом заколебешься с ней препираться на семинарах. Она же живой с тебя не слезет. Тебе на экзамене нужны проблемы?
Я помолчала и осторожно призналась.
— Я думаю, что возьму академ. Сдам экзамены позже. Или… через год.
— Ты? — Тимур удивился. — Неужели, настолько хочешь избавиться от меня?
Опять двадцать пять. Я не успеваю за мыслями Тимура.
— Ты не причем? Мир не вертится только вокруг тебя! — я опять медленно начинала злиться.
Но Тимура мои возражения не убедили.
— Да, ты банально испугалась, Ветрова, — уверенно заявил Керимов, опять одаривая меня снисходительной улыбкой. Натянутой и неестественной. Но с изрядной порцией сарказма, чтобы я могла быть уверена — между нами — все как обычно. — Ты пропустила пару занятий и боишься завалить сессию.