Мне удалось отбить тянущиеся ко мне руки Мари и даже уйти с траектории ее движения. Девушка не устояла на шпильках (я помогла ей с подножкой) и в результате Заречная едва не разбила лоб о выступающий край трубы. Впрочем, это еще больше ее подстегнуло. Мари с азартом хищника бросилась на меня.
Снова началось движение по кругу, снова она пыталась испепелить меня взглядом и не слышала окриков подруги, стоящей в стороне и пока не решающейся лезть под горячую руку. Правильно, две на одну, это уже слишком.
Еще дважды мне удалось увернуться от миниатюрных кулачков Мари. И этим я до ужаса ее разозлила. Девушка, видя бесполезность своих попыток меня коснуться, решилась на последний отчаянный шаг. И…
Запнувшись о край выступающей плитки, Заречная полетела на меня, раскинув руки.
Не то, чтобы я не успела отреагировать, но… за моей спиной была стена и умывальники. И я как-то не сообразила, что бедной Мари надо помочь, и руки она тянет ко мне, исключительно для того, чтобы сохранить равновесие. В общем, ма-алюсенький такой шажок в сторону, дабы уберечь себя от чужих пальцев, и Заречная все-таки поцеловала губами пол.
Вроде все обошлось, мне даже удалось устоять на ногах, хотя, не смотря на мои старания, Мари умудрилась-таки меня коснуться. Но сейчас азарт драки схлынул. Мари сжалась на полу, обхватив себя руками, и снова начала реветь. И только я не чувствовала облегчения. С тупым изумлением я разглядывала бюстгальтер и открывающийся живописный вид на мою грудь. Падая, эта припадочная каким-то образом умудрилась схватить меня за край футболки. Я, ясное дело, успела сделать тот самый шаг…
В итоге, вот уже пять минут Ира с Натали молча помогали Заречной привести себя в порядок, а я стола напротив зеркал, разглядывая растянувшуюся у ворота майку.
А теперь давайте подумаем логически, какой упырь во всем этом виноват?
Я выкинула футболку в мусорное ведро в том же злополучном туалете. Достала из сумки предусмотрительно сложенный туда пиджак. Постояла минуту у зеркала, глядя, как пошло и вульгарно смотрится грудь, затянутая в синий хлопок. Моя последняя «одежка» застегивалась только на две пуговицы и как назло почти ничего не скрывала. Скорее, только подчеркивала и… бесила!
Последний раз взглянув на Мари, которая так и всхлипывала на плече подруги, я молча покинула туалет.
Ну что ж, Керимов, ты сам напросился.
До 508 аудитории я добралась, так будто мне только что дали хорошего пинка под зад, и ободренная им, я долетела туда довольно быстро. Драка с Мари ощутимо меня встряхнула.
Я представила, как сегодня расскажу о ней Андрею. Он ей-богу сначала убьет Тимура, а потом снова возьмется учить меня жить. Впрочем, если я найду Керимова первой, то месть Флейма отложится на неопределенный срок. Так и быть, буду ходить в больницу к Тимуру, приносить цветы фрукты. Все, что угодно, но он от меня просто так никуда не уйдет. Я устрою ему веселую жизнь.
У нужного кабинета я оказалась даже раньше Козловой. И пусть звонок на пару прозвенел, пока я среди толп студентов пробиралась по этажу, преподавательница своим опозданием дала мне реальный шанс насладиться местью. Значит, у меня еще есть время.
Вдох, выдох. Улыбка на лицо. И я вхожу в пятьсот восьмую.
Не скажу, что мое появление произвело фурор и имело эффект взорвавшейся бомбы. Только если в моем воспаленном мозгу. Да, кто-то оторвался от перечитывания лекций, Чайкина отложила в сторону мобильник. Но большинство, лениво скользнули взглядами и вернулись к делам. Этим всегда было наплевать на все, происходящее в группе.
Зато Тимур меня ждал. Расплылся в искренней улыбке при виде меня. Начищенный пятак так не сверкает. Отлично.
Я, не думая терять времени, прошла через всю аудиторию к задней парте, на которой устроился Керимов. Ух ты, и тетрадочки разложил, моя прелесть!
Эффект неожиданности, конечно, был немного подпорчен. Парень успел рассмотреть и мой обновленный наряд, и выражение моего лица, одухотворенное такое, позаимствованное у Мари.
— Я бы хотела с тобой поговорить, — мило попросила у Керимова. — Пожалуйста!
Тимур нахмурился.
— Что-то случилось? — он сделал один шаг ко мне и задал свой вопрос шепотом. Но кто сказал, что только Керимов умеет играть на публику? Мне нечего больше скрывать.
— Ну что ты, все хорошо. Разве что-то может случиться? — я светилась, как новогодняя елка. — Или ты мне не все рассказал, милый? — подозрительно уточнила.
Керимов явно проникся моментом. И расплываться в улыбке, как всего минуту назад, больше не торопился.