Блестящая идея. И зачем ей все это нужно, мне интересно?
— Мария, я не думаю… — я сделала отчаянную попытку отвертеться от Тимура и необходимости куда либо с ним идти.
Но Мария мой отказ восприняла, как желание «уйти в себя», и, конечно же, ничего не захотела слышать. Тимур в любом случае согласился. И мое сопротивление больше не принималось всерьез.
Мы с Тимуром молча, будто приговоренные к смерти, в мрачном напряжении дошли до ограды. И почти возле въездных ворот нас догнал Лешка.
Тимур, увидев брата, остановился и, сложив на груди руки, недовольно бросил:
— Кто тебя за язык тянул? Зачем ты сказал ей, что ко мне приезжала Осинская?
Лешка усмехнулся и пожал плечами.
— Я сказал правду. Что такого?
— Может, мне тоже что-нибудь про тебя рассказать?
— Что? — усмехнулся Лешка. — Ты про меня ничего не знаешь. Так, догадки только. Никаких фактов. Что бы ты ни сказал, мать тебе не поверит. Я всегда могу заявить, что ты злишься и пытаешься мне отомстить.
Тимур покачал головой.
— Мы с тобой, вроде, не играем в войну. Так какого черта ты начинаешь? Ты мне, что, предлагаешь за тобой слежку устроить, чтобы доказать матери, что ее Ангел небесный совсем не такой белый, как ей кажется?
— Хочешь, устраивай, Тим. Все равно ничего не получится. А мать верит мне, потому что все свои дела я делаю так, чтобы ее не расстраивать. И она всегда мной довольна.
— Слушай, ты сейчас договоришься! — угрожающе надвинулся на Лешку Тим.
— Керимов! — мое шипение заставило обоих ребят на меня оглянуться. — Ты себя вообще в руках не держишь? Что ты цепляешься к Алексею? Так не хочешь, чтобы я была рядом? Так давай выйдем за ворота, я вызову такси и уеду. Тебе уж точно станет легче. И не надо из-за меня ссориться с братом!
— Идиотка, — процедил Тимур, полностью игнорируя меня и снова переводя взгляд на Леху. Керимов-младший, еще некоторое время смотрел на меня, а потом так же как брат, сделав вид, что меня не услышал, вернулся к прерванному разговору.
— Не злись. Я хотел сделать, как лучше, — покаянно заявил Лешка. — Ксении лучше проветрится. Ты же сам видишь.
— Вижу, — все еще злясь, отозвался Тимур. — Но меня сдавать было вовсе не обязательно.
— В следующий раз проявляй охотнее инициативу и проблем не будет.
— Мелкий, ты нарываешься, честное слово!
— Полегче. Я тебе просто советы на будущее даю.
— Я запомнил. Ты для этого за нами шел? Или еще что-то хотел сказать?
Лешка вздохнул и вновь на меня посмотрел.
— Хотел предупредить. Не вздумай тащить Ксению к Михайлову.
— Почему бы и нет? Жду не дождусь, когда сплавлю ему нашу гостью, — иронично отозвался Тимур.
Лешка мгновенно подобрался, став в это мгновение похожим на своего брата. Тот точно так же сверкал глазами и в гневе сжимал кулаки так, что белели костяшки пальцев.
— Говорю, еще раз. Ксении у Михайлова не должно быть, ясно?
Тимур рассмеялся и, не обращая внимания на брата, взял меня за локоть. Распахнул передо мной дверь и подтолкнул к выходу. Лишь на прощание бросил Лехе.
— Давай я сам решу, что мне делать. И как мне развлекать мисс Ветрову, тоже подумаю сам, хорошо?
Дверь закрылась, оставив мрачного Лешку по ту сторону ограды.
Мы оказались с Тимуром на хорошо мне знакомой подъездной дороге к особняку. Ни одной живой души. Тишина и умиротворение. И только в моей душе волнами поднимается раздражение и отчаянная решимость разрубить этот гордиев узел.
Я встала столбом возле двери, намереваясь серьезно поговорить с Керимовым. Мое предложение, которое я только что озвучила им с Лешкой, не такой плохой вариант. Тем более, я с каждой минутой все сильнее убеждаюсь в том, что мне не стоит дольше пользоваться гостеприимством этой семьи.
Но Керимов ловко обошел меня и бодро двинулся куда-то направо, мало обращая внимания на то, что я пристально на него смотрю.
— Тимур, — мне пришлось его окликать, чтобы он обернулся и, наконец, остановился.
— Что тебе?
— Я говорила серьезно.
Я указала на сотовый в своей ладони.
Парень смотрел на меня несколько мгновений, будто не веря в то, что я действительно готова уехать.
— Я позвоню в такси и больше никаких проблем. Тебя никто не будет дергать из-за меня.
— Меня никто не дергает, Ветрова. Ты ничего не понимаешь.
Я пожала плечами.