Фотограф должен был приехать только в десять, поэтому у нас было еще много свободного времени. Сестра ушла передохнуть, а малышка заснула у меня на руках. Найдя подушку пушистое облако, которую я привезла из дома, я завернула Аню в белый шерстяной отрез с вкраплением люрекса, укложила в плетёную корзину на подушку и сделала несколько фоток на телефон. Уверена, что все ангелочки сидели на жердочке и завидовали этой милоте. Чтобы малышке не стало жарко, я распеленая ее и уложила в обычную люльку, пускай поспит еще немного до прихода мучителя-фотографа.
Ближе к девяти мой телефон ожил. Звонил неизвестный номер, известный мне как телефон Полякова, настойчиво пытаясь пробиться.
Жесть, надо послать его сейчас, чтобы он не испортил мне весь день.
— Алло.
— Ульяна, где тебя носит?
На часах было ещё без пяти девять, как минимум пять минут у меня было в запасе.
— В связи с чем вопрос? Разве Вам не должно быть известно, что сегодня у меня отпуск?
Молчание в трубке… Можно уже отключаться?
— Ты. Сейчас. Где? Говори, я приеду, – он отчеканил каждое слово и холодок прошелся по позвоночнику от его слов.
Чего?
Зачем он мне?
Как бы так послать, чтобы и жестко, и без мата?
Или я что-то пропустила важное в офисе? Вроде ничего интересного там не намечалось. Так какого Поляков мне звонит и разговаривает со мной в таком тоне?
Ублюдок.
— Нет. С Вами мы встретимся в понедельник, в офисе, в моё рабочее время.
— Ульяна, – этот подонок рычит сквозь трубку, – даю тебе последний шанс, говори где ты или я сам узнаю.
— В отпуске.
Да пошёл ты к дьяволу, козёл! Жутко захотелось стукнуть его сейчас, но вместо этого я отключила звонок и кинула телефон в диван со всего размаха. Тот отлетел на пол, и я увидела, что защитное стекло разбилось вдребезги. Надеюсь, хоть сам экран цел, не хватало ещё менять телефон из-за Полякова.
***
Ближе к десяти пришел профессиональный фотограф с чемоданами оборудования и реквизита и целый час мучил нашу крошку, переодевая ей разные образы. Все закончилось тем, что малышка устала и, крича на весь дом, просила есть и спать.
— Давайте я помогу сложить оборудование?
Детский фотограф существенно отличался от тех, с кем я обычно работала. Она была чуткой, ловила каждую эмоцию и быстро выжимала из ситуации все возможные кадры. Я же чаще имела дело с профессионалами портретной и предметной съёмки, которые часами выбирали удачные позиции и освещение. Представляю, как бы орала Арина, если бы фотограф заставил Аню замереть и не двигаться.
После того как я отправила фотографа и убедилась, что эти двое поели и ушли спать, я поняла, что мой рабочий визит в этом доме завершён, и можно по-тихому ускользнуть. Через час у меня была запись на маникюр, но если задержаться и дождаться Арины, то никуда я не попаду. Впрочем, меня всё равно наняли няней на полдня, так что сегодня я могла уйти пораньше и успеть заглянуть в кофейню в соседнем доме перед маникюром.
Когда я вышла на улицу из подъезда, мне пришлось прикрыть глаза рукой, потому что яркое солнце било прямо в лицо и слепило безжалостно. Мои очки, кажется, остались в машине. Я сосредоточила внимание на ступеньках — смотреть вперёд было больно, и слёзы уже подступали к глазам. Но такое солнце не могло не радовать, и настроение мгновенно поднялось до отметки «супер».
В кофейне не было ни одного посетителя — я была одна. Она работала на вынос, и в тихий будний день здесь царила тишина. Я заказала карамельный латте, мой любимый напиток. Когда оплачивала заказ, услышала за спиной звоночек, оповещающий о входе нового посетителя.
Обычно я не замечала изменений в своём организме, но тут мне резко стало жарко, тело начало покалывать, а спина горела, как будто я каскадёр, проверяющий новый трюк с поджогом в специальном костюме.
Обернувшись, я застыла на месте.
Не может быть!
Андрей Поляков стоял прямо позади, тяжело дыша и смотря на меня с яростью. Одно неверное движение — и он нападет на меня.
Глава 4
Я не поняла, как он вообще тут оказался, откуда он знал, где меня искать?
Мальчик бариста поставил мой латте на стол выдачи заказов, а я порадовалась тому, что в моих руках появилось горячее оружие против Полякова. Смогу ли я плеснуть ему в лицо кипятком? Ну, в лицо, все-таки, наверно, нет. Как ни крути, но останутся ожоги, а меня за такое могут посадить. Но вот облить пиджак – спокойно.