— Наверное, мне пора, — сказал он, глядя на сгустившиеся за окном сумерки.
— Наверное, — согласилась она, отстраняясь. — Увидимся завтра в школе?
— Увидимся, — он кивнул. — Но после обеда. Я не приду к первым урокам.
— Почему?
— Мне надо отсыпаться, — он снова приблизился к ее уху. — Меня всю неделю по ночам мучила бессоница, — а еще после встречи с друзьями у него, наверняка, будет жутчайшее похмелье, но об этом он решил умолчать. — А потом заставляла идти в школу к первому уроку, — уже серьезнее сказал он. — И это вот было вообще не круто.
Лори состроила обиженную мордашку, пародируя Криса.
— Бедный, несчастный, — пролепетала она. — Это кто из нас ещё малыш, — Лори потрепала его по щеке, но Крис повернул голову и легонько укусил ее за палец. — Плохой мальчик, — она покачала головой, а потом встала на цыпочки и легонько чмокнула его. — Иди уже, иначе так никогда не распрощаемся.
Он согласно кивнул и пошел к двери.
— Пока, Тедди, — крикнул он, взявшись за ручку двери.
— Ага, — безучастно буркнул он, и Крис снисходительно улыбнулся. Нравился ему этот наглый пацан. Шистад свято верил в то, что он далеко пойдет.
— До завтра, — на этот раз он обращался уже к Лори.
Она с нежностью посмотрела на него и помахала рукой на прощанье.
Он улыбнулся и открыл дверь.
Лучше бы он этого не делал.
Невольно он подумал, что если бы они были в очень дешевом фильме ужасов, то за окном под драматичную музыку сверкнула бы молния.
На пороге стояла Рене. Но причина всего ужаса была вовсе не в ней, а в том, кто стоял позади нее. Печально известный дядюшка Нолан грозно возвышался за её хрупкой спиной.
Глаза Криса встретились с его глазами, и он физически почувствовал, как сильно полицейский хочет скрутить его в бараний рог.
— О, здравствуй, Крис, — ничего не подозревающая Рене добродушно улыбнулась. — Уже уходишь? — она прошла в дом, занося на кухню бумажные пакеты и оставляя двух врагов друг напротив друга.
— Крис… — произнес Нолан, по змеиному вытягивая «с». — Как забавно дела складываются, — голос его сделался холодным и вязким. Он словно охватывал Криса своими черными щупальцами, стремясь стиснуть ими его шею.
— Дядя, мы сейчас все объясним, — Лори подбежала к нему и схватила Криса за руку. Ладони у неё нещадно дрожали.
— Объясните?! — взревел он так, что затряслись фотографии в рамках, висящих на стенах. — Что ж, Долорес, объясни мне, ЧТО ЭТОТ ВЫРОДОК ДЕЛАЕТ В ДОМЕ МОЕГО БРАТА?!
Выродок?!
Крис напоролся на эти слова, как на нож. Его кулаки сжались так, что даже пальцы затрещали от перенапряжения. Щеки покраснели от злости. Если бы не Лори, испуганно хвастающая его рукава… Ох, если бы не она…
— Что за шум вы тут устроили? — обеспокоенная Рене вышла из кухни, уперев руки в бока.
Любопытная мордашка Тедди выглянула из проема двери, ведущей в гостиную. Его интерес к плейстейшен в одно мгновение угас.
— Рене, — Нолан, красный и быстро вдыхающий воздух в широкие ноздри, схватил Рене за руку, чуть выше локтя. — Скажи мне, пожалуйста, милая, дорогая моя Рене, — он еле сдерживал крик и, кажется, своей хваткой делал Рене больно. «Вот урод», — подумал Крис, жмурясь и стискивая зубы. В нем все рвалось на клочья. — Кем этот человек приходится твоей дочери? — «этот человек» слетело с его губ как плевок с ядом. Так сильно он ненавидел Криса и все, что с ним связано.
— Молодым человеком, — Рене тоже испугалась и в этот момент была так похожа на свою побледневшую дочь, как, наверное, никогда еще не была.
Коридор наполнился раскатистым, истеричным смехом. А потом он посмотрел на Криса, выпуская огонь из ноздрей и раздувая свои темные усы.
— И что же известно тебе о нем? — палец, больше напоминавший жирную сосиску, ткнулся почти Крису в лицо. Он еле удержался, чтобы не сломать его.
Сейчас он ненавидел этого человека всеми фибрами души. Он почти видел и слышал, как этот узколобый легавый рвет своими грубыми ручищами его связь с Лори, доверие Рене и Тедди. А Крис смотрел в его полные злости и тупого непонимания глаза и ничего не мог сделать, чтобы уберечь то, что было ему дорого.
— Что ты хочешь сказать? — Рене не на шутку встревожилась, смотря на Криса осторожно и опасливо.
— У меня несколько приводов в полицию, — Крис решил, что лучше будет, если он скажет сам, и не даст Нолану вывернуть все в своем свете.
— Ха! — гаркнул Нолан, и лицо его исказила кривая усмешка. — Этот щенок все же решил признаться. Вот только жаль, что поздно, — он мерзко причмокнул губами и по-армейски сложил руки в замок за спиной.
— Я не щенок! — не выдержал Крис, дергая головой.
— Что ты сказал? — Нолан моргнул, будто Крис швырнул песок ему в глаза. — Быть может, ты снова припугнешь меня своим отцом-толстосумом? Или натравишь своих дружков испоганить мою машину? Или попытаешься ударить?
— Нолан, — Рене схватила его за плечо и развернула к себе. — Сколько у него приводов?
— Ох, трудно сосчитать! — взмахнул руками он.
— Мама…
— Помолчи, Лори, — Крис впервые слышал, чтобы Рене произносила имя дочери так холодно. — И за что же?
— Пьяный дебош, хулиганство, драки, нанесение вреда здоровью разной тяжести, — казалось, Нолан наслаждался своей властью над Крисом. Сложно было сказать, что двигало им в большей мере: желание защитить племянницу или отомстить Крису за дыры в его полицейских делах и задетое самолюбие.
— Лори, ты знала? — Рене смотрела на дочь так, будто она только что дала ей пощечину.
— Я… — большие карие глаза девушки наполнились крупными прозрачными слезами. Сейчас она казалась еще меньше, чем была на самом деле. Больше всего на свете Крис хотел бы схватить ее и унести подальше от этих разборок.
— Так знала или нет? — настаивала Рене.
— Миссис Грин… — Крис сделал шаг вперед, пряча Лори за спину, но холодный взгляд карих глаз полоснул его по лицу словно кинжалом, и он оцепенел.
Он увидел столько осуждения и неприятия в глазах этой хрупкой на вид женщины. Он вдруг понял одну вещь: у Лори глаза Рене. Ему стало страшно, что если он повернет голову и посмотрит на младшую Грин, то встретит точно такой же холодный, полный отчуждения взгляд. Эта мысль больно уколола грудь, и он беспомощно зажмурился.
— Я не к тебе обращалась, — вкрадчиво произнесла миссис Грин. — Лори?
— Да, я знала! Знала, понятно? — ощетинилась Лори, выходя из-за спины Криса и вставая с ним рядом. Она была настроена воинственно, но он кожей чувствовал, как содрагается ее тело от отчаяния и стремящихся наружу рыданий.
«Мне жаль, малыш, мне так жаль…»
— Господи… — выдохнула Рене и осела на тумбочку, разметав по полу флаконы с духами и другими женскими штучками. Она приложила пальцы ко лбу, и Крис слышал, как крутятся шестеренки в ее голове. Она заново переосмысляла ситуацию и ужасалась тому, как они далеко успели зайти.
Она упустила. Она чересчур много доверила своему ребенку. Она не проверила. Она виновата. Она не уберегла. Она ужасная мать, раз не заметила, в какие паучьи сети впутывалась ее наивная дочь прямо у нее под носом.
От этих мыслей Рене хотелось выть на луну волком. Как она могла так оплошать? Как она доверила дочь малолетнему уголовнику?
— Видишь, что ты наделал? — Нолан ткнул пальцем в Рене. — Я терпел твое свинское отношение к порядку, к закону. Ты мог глумиться надо мной, но не смей трогать мою семью, мальчик.
— Да что вы знаете обо мне? —воскликнул Крис, глядя на офицера с досадой и отвращением.
— Я знаю достаточно, чтобы вышвырнуть тебя за дверь этого дома, — это фразу Нолан сказал убийственно спокойно. Сегодня он тут победитель.
— Слушайте, возможно, я и не пай-мальчик, и мне никогда им не стать, но вашей дочери и племяннице, в принципе вашей семье, я никогда не желал зла, — все же высказался Крис.