— Однако это все еще не делает тебя хорошей партией для моей племян…
— Тихо, — голос Рене прозвучал почти неслышно, но все обратили свои глаза на нее. Она поднялась и оглядела всех безэмоциональным взглядом. — Тедди, — мальчик, цеплявшийся детскими ручками за дверной косяк, вздрогнул. — Иди в свою комнату.
— Но мама! — нахмурился он, но суровый взгляд матери умерил его пыл, и он громко затопал вверх по лестнице.
— Крис, прошу тебя покинуть наш дом сейчас, — произнесла она, четко разделяя слова.
Меньше всего на свете он хотел оставлять Лори разбираться с его буйным прошлым. Он повернулся к ней, не зная, что сказать, боясь взглянуть на нее.
— Иди, — сказала она, всхлипывая.
— Прости, — единственное, что сумел выдавить из себя он.
— Этот разговор все равно произошел бы рано или поздно. Иди, все будет хорошо, — она попыталась улыбнуться, но получилось лишь неуверенно искривить губы.
Он не мог сдвинуться с места.
— Мы ждем, — напомнил о себе Нолан, воинственно сложив руки на груди.
— Ну же, иди, — почти взмолилась Лори.
И Крис совсем растерялся. Он хотел успокоить ее, позвать с собой, сказать, что он придет к ней, напишет, позвонит, но язык прирос к небу, опасаясь вызвать новую вспышку гнева со стороны офицера полиции и напуганной за дочь матери.
Лори мелко кивнула, будто говоря этим жестом, что все будет хорошо, и легонько подтолкнула Криса к выходу. Она вывела его на крыльцо и, одарив последним взглядом, закрыла за его спиной дверь.
Он подошел к своей машине и долго стоял перед ней как вкопанный, глядя себе в глаза в отражении пассажирского стекла, а потом со всей силы замахнулся и ударил по нему так сильно, что чуть не сломал себе руку. Окно испещрила серебряная паутина из трещин. Капли крови окрасили дверцу машины.
***
— Как ты могла до такого додуматься? — встряхнул руками Нолан. Как только Крис переступил порог, спеси в нем поубавилось, и она наконец смогла узнать за раскрасневшейся разгневанной маской лицо своего дяди.
— Ты так говоришь, будто бы я совершила преступление, — проглотив слезы, сказала она, избегая прямых взглядов на родственников. — Мама, ты говорила, что доверяешь мне и что поддерживаешь мое решение.
— Да, — Рене развела руки. — Я, действительно, доверяла тебе и поддерживала твой выбор, но ты, кажется, забыла упомянуть, что твой выбор — это малолетний уголовник!
— Вы несправедливы! — воскликнула Лори, сама удивляясь своему голосу. — Почему вы видете только это? Он гораздо больше, чем просто драки и гулянки! Мама, ты же знаешь его, — она заставила себе посмотреть в глаза Рене. Слезы жгли ей щеки. Неужели они не понимают?
— Нет, Лори, как выяснилось, я совсем ничего о нем не знаю, — в ответ старшая Грин лишь покачала головой.
— Милая, я уверен, что ты ослеплена этой глупой подростковой любовью и совершенно не видишь, что за мерзкий тип и прохвост перед тобой, — Нолан подошел к ней ближе, и Лори перевела на него глаза. Они были такие затравленные, что у него сжалось сердце, но позволить этому наглецу уничтожить все самое замечательное, что брат Нолана когда-то давно взращивал в Лори, он не мог. Когда брата не стало, он поклялся себе и Рене, что будет защищать племянников. Он был готов на все ради них. — Когда-нибудь это пройдёт, — он горько вздохнул и дотронулся до ее мокрой щеки, утирая крупные слезы. — Я уверен, что твой отец поддержал бы нас.
Лори вздрогнула и резко отдернула голову от его руки, будто Нолан был прокаженным. Он видел, как сжались маленькие кулаки и задергались мускулы на ее лице. Глаза блеснули, но на этот раз не от слез.
— Мой отец умер! — процедила она ледяным голосом. — И вы не имеете права отвечать за него. Вы не знаете, что бы он сказал. Но он хотя бы меня послушал, чего никогда не соизволите сделать вы, — она улыбнулась, и от этой улыбки у Нолана и Рене на секунду будто все внутри умерло.
Глядя поочередно на мать и на дядю с неприкрытым разочарованием, она сделала шаг назад, еще один, а затем, круто развернувшись, побежала по лестнице.
Громко хлопнув дверью и заперев ее, Лори рухнула на кровать, содрагаясь в рыданиях. Сириус прыгал на трех лапах вокруг нее и безостановочно тыкался мокрым носом в ее горячее и красное лицо.
А Рене еще долго стояла под дверью, содрагаясь при каждом услышанном всхлипе.
========== Глава 22 ==========
Крис нервно крутил телефон, стоя у порога школы. Он все ждал, когда на горизонте появится автобус, на котором обычно приезжает Лори.
Вчера он написал ей сообщений сто и сделал столько же звонков. Она не отвечала долго, и он уже собирался снова ехать к ней, но затем пришел ответ:
«Всё завтра».
Крис вздохнул и отложил телефон.
Отец, приехавший из командировки, почувствовал что-то неладное, попытался выпытать все у него, но с ним Крис хотел бы обсуждать это меньше всего.
Он поехал к друзьям. Но их встреча происходила не так, как он изначально планировал. Они встретились на своей заброшке, но вместо того, чтобы устроить грандиозную пьянку, они взяли в руки всего по бутылке пива и вместе стали думать, как выпутываться из задницы, в которую влез Крис.
Решение они так и не нашли, но после встречи с ними Крису стало легче.
И вот завтра наступило, и Шистад уже двадцать минут поджидал свою девушку (а может, уже и не свою) у входа в школу.
Наконец автобус остановился возле школы, и из него вышла Лори. Ее волосы были забраны в небрежный пучок на макушке, одета она была в прямое мешковатое платье серого цвета длиной до колен. Она надевала такие вещи, когда хотела спрятаться от окружающего мира в складках безразмерной одежды. Вид у нее измученный и опухший.
Поймав его взгляд, она жалко улыбнулась и развела руками. Глаза мокро заблестели.
Крис горько выдохнул и, подойдя к Лори, заключил ее в крепкие объятья.
— Они мне не разрешают, — всхлипнула она. — Не разрешают с тобой…
— Не плачь, — он успокаивающе погладил ее по спине. — Я что-нибудь придумаю.
— Я не ожидала такого от мамы, — Лори вытерла глаза рукавами и отстранилась.
— А вот я её понимаю… — Крис приобнял ее за плечи и повел в школу.
— В смысле? — она подняла глаза на Криса.
— Понимаешь, я не тот человек, которого любят предки, — он пожал плечами.
— Ну и что? — Лори упрямо замотала головой. — Почему она меня не выслушала, почему сразу стала рубить с плеча? И сегодня утром… — она шмыгнула носом. — Я надеялась, что она отнесется спокойнее, но она сказала, что не хочет, чтобы мы общались.
Крис безнадежно вздохнул.
— Лори, прости меня, — сказал он, останавливаясь. — Я не хотел, чтобы все это случилось. Я бы и рад стать пай-мальчиком и вычеркнуть прошлое, но я не могу. Я вот такой, — он развел руками. — Плохая партия для такой как ты. Я не хотел, чтобы ты разбиралась с моими проблемами и тем более не хотел подорвать доверие твоей семьи к тебе. Мне… — он запнулся и сглотнул. — Мне так паршиво.
Выглядел он таким несчастным и загнанным, что не верилось, что перед ней стоял именно Крис Шистад. На душе у него не просто скреблись кошки. Они уже все разодрали, и от того, что называют душой, почти ничего не осталось. Его мысли уничтожали его, а вина разъедала сознание, как кислота. Он не мог спокойно смотреть на Лори и чертовски боялся, что в один миг она решит выбрать семью.
И это было бы правильно. Он ни за что не посмел бы ее осудить. Но каждую секунду он ожидал, что тот тонкий волосок, что связывал их, порвется.
— Кристофер Шистад, — Лори очень серьезно посмотрела на него, и Крис приготовился к худшему, но тут тонкие пальцы обхватили его руку. — Позволь мне самой решать, кто для меня «плохая или хорошая партия», хорошо? — она поднесла его руку к своей щеке, прижалась к широкой ладони и прикрыла глаза.
Крис выдохнул с облегчением. Он положил вторую ладонь ей на щеку, притянул её лицо к себе и стал покрывать его мелкими поцелуями. Ученики, проходившие мимо, смотрели на него странно и шокировано. Когда еще доведется увидеть, что Крис Шистад проявляет к кому-то искреннюю нежность, да еще и так открыто?