Потом жнец предложил сыграть в карты на раздевание, но мы ещё не настолько пьяные, поэтому, слава богу, отказались. А ещё, кажется, я заявила, что они круто смотрятся рядом, на что Наоми привычно покраснела, а Асджер как-то подозрительно закашлялся.
Самое интересное случилось под утро, когда Наоми уже свернулась калачиком в кресле, почти засыпая. Я подумывала о том, что было бы неплохо отнести девушку в её комнату, и как раз хотела намекнуть на это жнецу. Вот только нужно дообсудить недостатки загробной жизни. В пьяном виде преимущества обычно не обсуждают, да? Хотя откуда мне знать, я редко пью.
В нашем доме есть такая небольшая веранда около двери. И с балкона на неё вид просто замечательный. К чему это я рассказываю про веранду? А к тому, что когда Наоми уже почти уснула, из дома вылезла одна интересная парочка. Хиленький блондинчик и хрупкая мексиканка. Сначала они просто держались за руки, повернувшись к нам спиной, а потом... Потом они как-то неожиданно поцеловались. Ну, знаете, совсем-совсем неожиданно. Асджер рядом пробормотал что-то о том, что знал, что Джинг не гей. Какой сюрприз! Неожиданность-то какая! А я заметила, что пока голубки были заняты друг другом, в дверь выглянула чья-то лохматая и красноволосая голова. И сразу же усунулась обратно. Неужели Дэниел следил за ними? Что вообще между ними всеми происходит? Может, зря Андреа встряла в эти странные отношения?
Я была уже слишком пьяна, чтобы серьёзно размышлять над этим, и к тому же мне просто ужасно хотелось спать. Поэтому я, пожелав спокойной ночи розоволосой и жнецу, направилась в свою комнату и уснула мертвым сном без сновидений.
Пожалуй, стоит что-то сказать и в эпилоге этой маленькой истории?
Мы встретились с командой Дримов благодаря какому-то немыслимому калейдоскопу случайностей и совершенно случайно подружились с ними. Кажется, Андреа и Джинг очень увлечены друг другом. Я рада за мексиканку, но мне кажется, что этот парень вряд ли сделает её счастливой. Рядом с ним как будто все страдают. Наоми вот явно страдает. И ледяной Дэниел страдает, это заметит даже слепой. Синеволосая Диорама похоже грустит из-за чего-то своего. Асджер делает вид, что ему-то на все это плевать. Мексиканка не замечает всех этих бушующих вокруг блондинчика чувств, а выглядит совершенно счастливой. Что же, посмотрим, чем это обернется в будущем.
Мэтт немного расстроился, что мы не позвали его на совместные посиделки на балконе, кажется, он дружелюбно настроен по отношению к жнецу. Ну, если на то пошло, то у них будет время подружиться.
Ах, да! Я же не сказала самого главного. На следующий день Асджер предложил нашим командам устроить совместный квест.
====== файл № 23 Огонь и лёд. Часть 1 ======
Когда ты понимаешь, что драться придётся в купальнике, представляющем собою нечто эфемерное на тонких завязках (и кто вообще его купил?), совсем не чувствуешь радости. То есть, я начинаю медленно и размеренно думать о том, как этой самой драки избежать. И вообще, я этого красноволосого люблю ещё меньше чем белобрысого. Дерьмо. А из-за чего всё вообще началось? Из-за того, что мы решили поехать в эту чудовищно жаркую дыру. Совместный квест – это, конечно, дело хорошее. К тому же, Дримы – это пока единственная другая команда, с которой я знакома. И между нами уже существует этакая между-командная связь – сейчас я имею в виду бурно развивающийся роман Андреа с белобрысым нытиком. Простите, Джингом. Тьфу, ну нытик же... и слабый. Я и сама нытик. И не особо сильная. Не знаю, отчего так взъелась на этого заносчивого англичанина. Может, потому что он слишком высокомерен для того, чем является? И что в нём девушки находят? Например, Наоми. Это, конечно не моё дело, но у неё глаза на мокром месте каждый раз, когда она видит Андреа и Джинга обнимающимися... Они всегда обнимаются. Одной не хватает чего-то очень, а другой вообще какой-то озабоченный. Наоми – прекрасная девушка, хрупкая, нежная, её хочется завернуть в обёрточку и унести с собой. И не одной мне. Беловолосый гигант – Асджер, явно на неё глаз положил. Такой славный парень, и Джина в нём души не чает. А в Джине души не чают все остальные, особенно Ди – француженка с шилом в одном месте. Мэтт как-то заметил, что вся их команда, сплошная Санта Барбара, закрученная на Джинге. Я долго ничего не понимала, потом оказалось, что Санта Барбара – это сериал. К слову о сериалах – француженка пускает слюни на мрачного англичанина с красными волосами – Дэниела. А тот (вот безумие!) – заглядывается на белобрысого. То есть, у них там чёрт ногу сломит в отношениях. Я даже не хочу с этим возиться. Но с другой стороны – это действительно славные ребята, и мне бы хотелось стать с ними настоящими товарищами... Иногда я очень мучаюсь от одиночества.
-Эй, Синтия! Сколько лет ты собираешься укладывать пару тряпок?
Мэтт, собственной величественной персоной. Сам-то он ничегошеньки не собирает, покидал свои вещички в рюкзак с пятым измерением и доволен. Хотя, сам заработал, сам и тратит. Иногда он покупает и мне что-нибудь клёвое, но я ломаю или теряю почти всё. Не судьба, видимо, мне владеть чем-то клеевым, кроме Мэтта. Сейчас, кстати, он тряс перед моим носом чем-то фиолетово-черно-серебристым. И у него был потрясающе смущенный вид, на удивление.
-Это вот тебе... Ты всё время ломаешь технику, и я подумал... Может, одежда? Девушки любят одежду, кажется.
-Это… эээ... одежда?
-Нууу, вообще-то это купальник, – тут он ухмыльнулся. – Я уверен, ты будешь отлично смотреться.
Я нахмурилась.
-Разве мы не собирались в горы?
Мэтт очаровательно улыбнулся. И когда это он научился так улыбаться? От Джины, наверное, не иначе.
-Нуу, мы с Джером помозговали, и решили, что вам, девчонки, не хватает моря и солнца, потому мы едем... на море.
Я опешила. Пока мозг ещё судорожно соображал, что мне, оказывается, не придётся собирать зимнюю одежду на всех сразу, на лице сама собой расплывалась облегчённая улыбка. Ну, пока через секунду мне не пришло в голову спросить:
-А давно вы это «помозговали»?
Он совершенно очевидно покосился в сторону двери.
-Ну, так это...
-Когда? – почуяв неладное, сдавленно выдавила я.
Мэтт смотрел в сторону, упорно изображая оживленную умственную деятельность. Потом смущённо пробормотал.
-Ну, недельку...
-Недельку? – неосознанно мой голос поднялся на пару октав выше.
Мэтт пристыжено опускает плечи.
-Ну, извини... Просто ты так забавно собирала все эти зимние вещи...
Я огорченно вздохнула.
-И вы две недели хихикали за моей спиной? Как мило.
Дурацкая слезливость! Я отворачиваюсь, чтобы выглядеть гордой и несправедливо обиженной, но в голове проносятся картины того, как они все потешаются надо мною, собирающей шубы и лосины с подогревом. Сволочи. Я шмыгаю носом, и специально бурчу что-то вроде – «чёртов насморк». Мэтт прикасается к моему плечу – я дергаю рукой, и он стремительно обнимает меня.
-Синтия, малышка, ты же знаешь – я дурак. Я просто забыл про этот разговор, и Джер забыл. Сейчас все такие нервные...
Это уж точно. Я пытаюсь подружиться с Наоми – она же такая милашка, но пока всё не то чтобы далеко продвинулось. Мэтт вот неплохо общается с Джером и развивает свои командные качества. Ему вот лишь бы покомандовать в последнее то время. Эти их «мужицкие» штучки... Я смотрю на фиолетовый купальник в своих руках. Симпатичная, надо сказать, тряпица. Да... Мэтт наклоняется ко мне, целуя, и в его поцелуе я снова чувствую вкус дождя. Он и пахнет дождем. Мы стоим у окна, обнявшись, когда заходит Диорама и с порога провозглашает: