Следующие минут пятнадцать мы в тишине кушали блины с черной икрой, которые были невероятно вкусными, хоть и были созданы из простых продуктов, без всяких добавок из аномалий. Кухня этого ресторана была вне всяких похвал. Кажется, мама пыталась побороться за местного повара, но у нее ничего не вышло. Специалист не купился.
— В принципе, если справишься с объемами, а там они будут немаленькие, то ничего сверхсложного не будет…
— Я все же обязательно не забуду прислать вам документы, чтобы вы пересмотрели свой взгляд насчет сложности, — прервал я князя.
— Пусть так. А с технической стороной вопроса уже займутся слуги.
— Окей. Мой помощник свяжется с вашими людьми, и они все решат.
А вот не заметить кислую рожу князя после слов про моего помощника было невозможно. И это было проблемой, которую нужно было решить, пока глупые люди, не считаясь с последствиями не решили за меня. Конечно, на Илье тоже было немало артефактов, которые он в приказном порядке не снимал буквально никогда, но все же. Ни один артефакт надолго не спасет от гнева какого-нибудь кандидата, у которого в источнике маны на порядок больше. Да и про всякие яды или же банальную подставу не стоит забывать.
— Князь, ты ведь не будешь против, если мы поговорим начистоту, без всяких куртуазных вывертов и иносказаний?
— Не буду.
— Илья, мой брат. Он со мной больше десяти лет, и для меня является членом семьи. И казалось бы, что это не первый слуга в истории, которого приблизили к себе господа. А значит, это не дает ему права забывать свое место. Но у парня есть сразу несколько оправдывающих его фактов.
— Интересно каких.
— Для начала кровь.
— Кровь?
— Кровь! Много ты знаешь простых слуг из улицы, которые на равных сгибают через колено весь твой штат аналитиков? И дело тут ведь не просто в уме. Встречаются в мире и очень умные люди. Это не какая-то очень большая редкость. Но умными во всем обычно люди не бывают, если ты не знал. Не может человек наравне с юристами спорить насчет оформления документа, а через пару минут наравне уже с квалифицированными экономисты обсуждать проблемы с налоговой политикой и логистикой. И это даже не процент той работы, которая входит в его сферу.
— Ты хочешь сказать…
— Все верно. Видишь ли, судьба, наверное, подвернула этого паренька под мою руку. Мягко говоря, он тоже рос без отца.
— Значит он бастард.
— Скорее всего. И я даже догадываюсь чей. Так что чуть больше терпения к своему очень далекому родственнику. И отвечая на ваш вопрос, почему простому слуге могло показаться, что он в праве смотреть на княжну, это кровь. Но это лишь одна из причин.
— Есть и другие?
— Конечно. Вторая причина — это дух. Нам обеим было меньше пятнадцати, когда мы стравливали между собой княжеские дома и развязывали войны. Знаешь ли, это дает повод немного возгордиться и грубо говоря попутать берега. Просто мой аналитик привык, что я с его помощью могу решить абсолютно любую проблему абсолютно любого масштаба. Есть много всего, о чем тебе по статусу не положено знать князь. Потому что после этих знаний парочка императоров захотят устранить знающего эту информацию человека. Просто поверь мне. У моего брата достаточно духа и умений, чтобы претендовать не то, что на княжескую кровь, а даже на какую-нибудь принцессу. И моя поддержка у него будет.
— Меньше пятнадцати говоришь? Полагаю речь про Юсуповых. Интересно понимают ли они, что стали всего лишь твоим инструментом.
— Учитывая то, что они стали единственным бенефициаром победы и захапали богатства целого княжества? А ведь львиную долю победили принесли именно мои наемники.
— Понятно. Даже если и поняли, то благодарны.
— Вот-вот. И есть третья причина. Статус.
— Статус? А вот это уже интересно.
— Ничего интересного. Ему выпали честь и шанс стать слугой дома Найак. Дома, перед которым даже многим богам не зазорно преклонить колени. Объяснить?
— Не надо. Я понял.
— Просто расставим все точки над е. Естественно я дам своему брату дворянство, как только у меня будет возможность. И это случиться очень скоро. Чисто чтобы сохранить приличия. Но до этого момента, если на моего человека вдруг совсем нечаянно упадет кирпич, то на город этого самого кирпичного завода упадет метеорит. Я ведь понятно изъясняюсь?
— Вполне.