Поселение постепенно оживало. Люди вылезали из жилищ, начинали делами заниматься: дрова колоть, скот кормить, яйца собирать и т.д. А Вадим своим делом занялся: пошёл на склад, химзу проверять. Ему как-то раз вручили костюм с дырой подмышкой. С тех пор ходит проверять, особенно когда гражданских в лес вести надо. Те ведь, хоть и не меньше Васильева по лесу побегали, а вот всё равно в химзащите не особо-то разбирались, особенно в такой, какая была здесь – самодельной. Удивительные штуки лежали у них на складе. Такие, что даже Вадим не знал, как их надевать. Но и нормальные заводские модели тоже были.
Васильев зашёл на склад, поздоровался с пухлой дежурной. Та, зная, зачем Вадим пришёл, сразу отвела его к костюмам. Они висели вдоль стены, на крючьях, пронумерованные – самоделки отдельно от заводских, для дальних походов отдельно от всех остальных.
Вадим проверил все самоделки – нормально всё было с ними; потом приступил к противогазам и фильтрам – и с ними всё было хорошо, хотя фильтры, конечно, стоило почистить получше.
Последним Вадим проверил свой личный костюм, тот самый, сделанный из обмундирования пожарного и всякой всячины. Привык Васильев к нему и не хотел менять. Этот костюм ведь под него ушивался, чтобы не тёрло нигде, не перевешивало ничего, не мешало. Да и доверял Вадим ему, куда больше, чем даже ОЗК: Борис Климентьевич всё же делал, а он херни не сделает.
Через полчаса начали подтягиваться работнички. Тридцать человек, плюс – охрана из двадцати человек. Всем выдали химзу, противогазы, оружие, разумеется, тоже дали всем: работникам, укороченные автоматы, охране - нормальные, да с патронами поубойней.
Вадим облачился в свой костюм, взял АК-74 М со сдвоенными скотчем магазинами, и повёл разномастную бригаду к границам поселения.
Охрана встретила бригаду не самыми радушными лицами: опять им думать, из темноты там идёт человек или нечисть какая.
- Стой! – Приказал Вадим и развернулся лицом к людям.
- Так поясняю за безопасность, так что слушать внимательно! Тем, с кем я ещё не работал, навострить уши вдвойне! Так вот, поясняю: за пределы круга охранников не заходить, от группы не отходить, держать друг друга всегда в поле видимости, как заметите чего подозрительное или вроде как живое – сразу сообщайте охране; палить по каждой тени воспрещается: патронов тогда не напасёмся! Всё! Надевайте противогазы!
Васильев протёр стёкла противогаза ГП-7 и натянул его на голову. В лёгкие сразу перестал поступать привычный воздух. Его заменила отчищенная до омерзения бурда, которой к тому же фильтр давал по капле.
Вадим махнул рукой, приказывая тем, идти за ним и все пошли; пошли друг за дружкой, вдоль вешек, чтобы на мины не наступить.
Быстро началась тень, и зеленоватый дымок стал тянуться к людям, приглашая к себе, в себя. Страшным он был на самом-то деле - самым страшным, что было в лесу. Он пугал Вадима даже больше, чем чудовища. Те хоть убивали сравнительно быстро, да и были не вездесущи. А вот дымок этот убивал медленно и был он вездесущ. Одна ошибка, одно малейшее повреждение защитного снаряжения, и всё – капут; выжжет лёгкие, высушит их, может даже зрения лишит или кожу заставит с мяса сползать.
Перед границей тьмы все включили фонарики, кто-то в тот же момент перекрестился: когда в такое место как этот лес заходишь, вольно или не вольно в бога поверишь. Каждый вход в лес, это как вход в преисподнюю. Надежды, переживания, страхи жизни под солнцем пропадают, заменяемые инстинктом и ужасом, хтонью.
Вадим вошёл в лес первым – как всегда. Ему как начальнику, надо было подать пример, вот он так и подавал каждый раз. А то, что это, все впереди идут, а главный в хвосте плетётся. Такого командира и слушать никто не будет, и уважать, и на ствол его поглядывать будут: знают люди таких начальников, которые сзади идут, а как что в спину палить начинают.
До деревни было всего двести метров. Все дома, что поближе стояли уже давно разобрали. Подумать только: двести метров, это же такое мизерное расстояние – раз-два и пришёл – но только не в лесу. Здесь оно искажалось, - не в буквальном смысле, конечно, а в фигуральном, – раз в десять иногда на него больше времени уходило; потому что, то остановишься, поприслушиваешься, посмотришь, подумаешь, и если что-то там, впереди окажется, ещё и обойдёшь – вот время и накапает.
Вот и сейчас всех рабочих Васильев остановил и послал вперёд пару охранников, дома проверить: слышали же постовые кого-то ночью, значит, он мог здесь спрятаться, да и без этого проверить надо было.