В 1699 году Игнатия вызвали в Москву, и там с ним что-то случилось. Он вдруг обрушился с обличениями на всё собрание высшего духовенства и даже на патриарха: проклинал иереев за потакание царю, который подчиняет церковь государству. Игнатия заключили в Симонов монастырь. Через год он умер. Ему было 62 года. По официальной версии, он сошёл с ума, а в народе верили, что его заморили голодом по приказу Петра. Ремезов написал о нём: «И поехал к Москве, и тамо за слова замучен, аки Филип митрополит».
Пётр сам взялся за выбор сибирских митрополитов. По настоянию государя в 1701 году на Сибирскую кафедру назначили новгород-северского архимандрита Димитрия (Даниила Туптало). Ему было всего 50 лет, и он был учёный-книжник. Он работал над «Четьи-Минеями» – огромным сводом житий православных святых. Однако Димитрий разболелся и почти год жил в Чудовом монастыре в Москве. В 1702 году Пётр сжалился и перевёл Димитрия в более благоприятный климат – в Ростов. А в Тобольск отправил митрополита Филофея (Лещинского). Конечно, Пётр не знал, что с Димитрия начался ряд сибирских митрополитов, которые все станут святыми.
Всё безответно
Деятельность Юрия Крижанича
Хорватский учёный Юрий Крижанич безответно любил всё русское. Он мечтал уехать в Россию, чтобы стать воспитателем царских детей, монаршим библиотекарем и наставником государя в деле объединения всех славян при главенстве русского народа. Но в Москве хорвата не поняли и ни за что ни про что упекли в сибирскую ссылку. Изгнанник Крижанич составил первую русскую грамматику, предложил выкинуть из письма лишние яти и, как это ни странно в его положении, придумал слово «чужебесие», которое означало опасную для России болезнь: чрезмерное преклонение перед иностранцами.
Юрий Крижанич родился в 1618 году в Хорватии в местечке Обрух в бедной семье. Учился в семинарии в Загребе, потом в Римском коллегиуме, где готовили католических миссионеров. Крижанич освоил венгерский, турецкий, немецкий, итальянский и русский языки и латынь; в 1642 году ему присвоили учёную степень. Его направили служить в Загребскую епархию, но по убеждениям он был униатом – сторонником объединения католической и православной церквей, – и мечтал продвигать свои идеи в России.
В 1647 году влюблённый в Россию католический миссионер-полиглот в составе польского посольства побывал в Смоленске. Второй раз Крижанич прорвался в Россию уже в 1659 году. Он работал переводчиком Посольского приказа, занимался русской грамматикой и участвовал в разных комиссиях патриарха Никона. В конце концов своей активностью учёный хорват вызвал подозрения. В 1661 году его арестовали и сразу отправили в ссылку. Никто не смог объяснить грамотею его вину. Официальным поводом было то, что иноземец на Рождество повеселился по-русски: напился, плясал с ряжеными, «возносил хулу на государя» и творил некие «сатанинские блудодеяния».
В Тобольске опальный хорват получил отличное содержание – семь с полтиной рублей в месяц. Воевода ломал голову, не зная, чем занять такого умника в прагматичной Сибири, поэтому Крижаничу разрешили делать что угодно, но не отлучаться из города. Он купил себе дом, завёл знакомства со всеми, у кого были книги, и погрузился в литературную работу. Крижанич писал трактаты о славянской грамматике, об истории Сибири и китайском торге, развеивал заблуждения раскольников и толковал пророчества из Библии. Наивный гуманитарий беззаветно верил в силу знания и надеялся, что послужит благу обожаемой России. Он неутомимо забрасывал государя поучительными трактатами об управлении державой и челобитными, но ответа так и не получил. Оказалось, что его труды никому и не были нужны. И равного собеседника ему в Тобольске не находилось, хотя он и сдружился с казаком Иваном Ремезовым, которого, правда, считал колдуном.
Только через пятнадцать лет Крижаничу позволили вернуться из бессмысленной ссылки. В Москве он тщетно искал себе применения ещё два года, а потом, отчаявшись, вернулся в Европу. Он вступил в орден доминиканцев и принял монашество, но не успокоился. Гуманитарий и теоретик, Крижанич рьяно стремился быть практиком и заниматься чем-нибудь нужным. В возрасте 60 лет он пошёл на войну с турками-османами и в 1683 году погиб при осаде Вены. Гибель его оказалась героической и бесполезной, как и вся жизнь.
БРАТСКИЙ ОСТРОГ ВОЗЛЕ ПОРОГА ПАДУН НА АНГАРЕ БЫЛ ПЕРВЫМ РУССКИМ УКРЕПЛЕНИЕМ НА ЗЕМЛЕ БУРЯТ – «БРАТОВ», КАК НАЗЫВАЛИ ИХ РУССКИЕ. ОСТРОГ ПОСТРОИЛИ В 1631 ГОДУ. В XVIII ВЕКЕ ОН ПОТЕРЯЛ ОБОРОННОЕ ЗНАЧЕНИЕ И ПРЕВРАТИЛСЯ В СЕЛО, А ЕГО БАШНИ ИСПОЛЬЗОВАЛИСЬ ДЛЯ ХОЗЯЙСТВЕННЫХ НУЖД. В 1951 ГОДУ ТЕРРИТОРИЯ СЕЛА ПОПАЛА В ЗОНУ ЗАТОПЛЕНИЯ БРАТСКОЙ ГЭС. ОДНУ ИЗ ДВУХ СОХРАНИВШИХСЯ БАШЕН ОСТРОГА ПЕРЕВЕЗЛИ В МУЗЕЙ «АНГАРСКАЯ ДЕРЕВНЯ» БЛИЗ ГОРОДА БРАТСК