«Постановка на сцене произведения искусства, какой бы замечательной она ни была, почти всегда входит в противоречие с замыслом автора, который после долгих раздумий претворен в жизнь. Прекрасная вымышленная жизнь персонажей драмы, да и самого автора… не становится ли причиной растерянности, когда он видит героев своего произведения в исполнении артистов?
Начиная с этого момента ему кажется, что от его замысла уже ничего не осталось. Его волшебный сон больше не принадлежит ему. Между ним и его произведением стоит чужая воля…»
По всей видимости, убедившись в том, что ему никуда не деться ни от критиков, ни от публики, Дебюсси решил сотрудничать с журналом «Revue blanche» в качестве музыкального критика. Основанный в 1889 году в Льеже журнал издавался в Париже с 1891 по 1903 год, пока не обанкротился. Издатель журнала Натансон вместе со своими братьями пригласил к сотрудничеству известных поэтов, писателей и художников, таких как Аполлинер, Пруст, Верлен, Жид, Клодель, Тулуз-Лотрек… Начав писать статьи для этого журнала, Дебюсси стал частью интеллектуальной и творческой элиты. Кроме того, он получил великолепную возможность выражать и распространять свои идеи. Между 1 апреля и 1 декабря 1901 года композитор написал восемь статей. В них фигурирует господин Крош, двойник Дебюсси, противник дилетантства в искусстве. Этот персонаж многое взял от господина Теста, придуманного Полем Валери, чья статья «Вечер» была опубликована в 1896 году в журнале «Le Centaure», основанном Пьером Луисом.
Создание этого персонажа стало отражением доведенного до максимума антиконформизма Дебюсси как музыкального критика. Когда он писал, что «слишком любит музыку, чтобы говорить о ней иначе как со страстью», музыкант назвал господина Кроша «старым безумцем, который любит музыку фанатичной и невозможной любовью». Точно так же, как Берлиоз, скрупулезно игравший роль аналитика модных произведений даже в случае, если собирался жестко раскритиковать их, Дебюсси тщательно подбирал спектакли и композиторов, с которыми собирался вступить в дискуссию. Он делился своими мыслями по поводу музыки и музыкального творчества посредством своего двойника, господина Кроша. С самого начала статьи тон задавал музыкант:
«Здесь вы найдете больше искренних чувств и впечатлений, чем критики, которые часто рассуждают так: “Вы ошиблись, потому что не делаете, как я”. Или же: “Вы талантливы, а у меня нет никакого таланта. Так не может больше продолжаться”. Я попытаюсь разглядеть в произведениях разнообразные направления и течения, которых придерживался автор и которые позволяют его творению жить собственной жизнью. Что может быть интереснее, чем игра, состоящая в том, чтобы разобрать эти произведения на части, как часы со сложным механизмом? Наконец, вы можете ограничиться словом “впечатления”, к которому я обращаюсь потому, что оно дает мне возможность оберегать мои чувства от любого эстетического паразита».
В другой статье, в которой речь отнюдь не шла о новостях в музыкальном мире, Дебюсси расхваливал на все лады русского композитора, к которому относился с особой симпатией, — Мусоргского и цикл его произведений «Детская», включающий семь вокальных песен-сценок. Рассказывая о русском музыканте, Дебюсси описывал собственные переживания: «Никогда еще столь тонкие и изысканные чувства не передавались такими простыми средствами. Мусоргскому достаточно одного аккорда, который показался бы слишком простым господину… (я забыл его имя!). Или же одной модуляции, такой незамысловатой, что она может показаться незнакомой господину… (это все тот же господин!)». При написании хвалебных статей Дебюсси пользовался случаем отпускать колкости в адрес известных композиторов, в частности Сен-Санса, которого не выносил, а также критиковать порядки, установленные в музыкальном мире. В этом вопросе он разделял взгляды Берлиоза. Оба композитора были отстранены от больших сценических площадок. Предпочтение в основном отдавалось академическим произведениям, более перспективным в коммерческом отношении. Однако обидные высказывания музыкантов меньше всего являются отражением их личной мести. Это был скорее способ борьбы с тем, что они рассматривали как торжество посредственности над высоким искусством.