Девушка стиснула зубы, но тут ее словно пронзило тысяча ниток, овладев каждой ее клеточкой тела. И не успела она толком отдать себе отчет, как ее губы открылись. Слова неумолимо вылетали, как несносные жуки. Майя выдала все, что о ней стало известно Эльдару, как и все, о чем он догадывался насчет Академии и ритуала Лесаны.
— Как обычно, не дурак, — напряженно ухмыльнулся Маскарон.
— Ты боишься его? — спросила Майя, желая хоть как-то уколоть мага за то, что обязана ему подчиняться.
— За столько лет я хорошо усвоил, что с Яхонтами Красными у меня всегда проблемы. И да, я бы пожелал избегать с ним встречи, что и тебе советую. Он опасен для нас.
— Для тебя, — уточнила Майя.
— Я знаю, что ты к нему питаешь… некие чувства, — скривил губы маг на последних словах. — Замечал это на уроках. Но поверь, тебе лучше держаться от него подальше. Не ради меня, а в первую очередь ради себя.
— Сказал тот, кто собирается начать войну в целом королевстве, — буркнула Майя.
— Ты не понимаешь, — вдруг похолодел голос мужчины. — Он правда для тебя опасен. И дело вовсе не в твоей коронации. Он не пощадит тебя, если поймет… — маг замолчал и вдохнул, взяв себя в руки. — Нет, еще рано.
Он развернулся и пошел к шкафу. Майя настороженно наблюдала за тем, как он надевает перед зеркалом черный сюртук и застегивает пуговицы. На шее у него был повязан аскот такого же зеленого цвета, как ленточка на запястье Майи. Волосы собраны в хвост, как и в прошлый раз. Наблюдая за ним, девушка все больше понимала, что он серьезно раздражен.
— Так Эльдар прав? — решилась спросить она. — Армия Тварей придет из Академии?
Маскарон глянул на нее через отражение, и его губы тронула легкая ухмылка:
— Ничто не берется из ниоткуда, маленькая ведьма. И огромная Армия не может взяться из пустого замка. — Он развернулся к ней. — А насчет полукровки, то зря ты видишь в нем своего спасителя. — Чародей двинулся к девушке, она отступила. — Не стану отрицать — он очень смышленый ученик, — неожиданно мягко произнес он. — Учить его было одно удовольствие. Не будь он Яхонтом Красным, я бы из него сделал великого темного мага, которого в Чарогорье давно не хватает…
Майя озадаченно посмотрела на мужчину, не поняв, причем здесь учеба? Но вдруг задумалась — точно ли речь идет об уроках в Академии? Словно в подтверждение ее мыслей, маг подошел к ней и, склонившись к самому ее уху, прошептал:
— …Ты бы видела, как превосходно он справился с последним моим заданием. Огонь пылал так, что весь Рубиновый Бульвар озарило…
Девушка резко отстранилась от мужчины. На его губах играла неприкрыто жестокая улыбка, от которой у нее поползли мурашки по коже.
— Хочешь сказать, Эльдар… — выдохнула она.
— Все, ни слова больше о нем! — приказал Маскарон, довольно поправив свой воротник. — Я не хочу тратить ночь с тобой на разговоры о Яхонтах Красных. Их история закончена, а наша с тобой еще впереди. Так не будем же терять время…
И девушка замолчала. Рот так же предательски онемел, пока она старалась выдавить из него хоть слово. Поняв, что попытки напрасны, она стиснула зубы от злости. Маскарон надел белые перчатки, без лишних церемоний отвел ее накидку в сторону и окинул взглядом приталенную синюю тунику, темно-серые брюки и ботфорты.
— …Не ночная рубашка — уже хорошо, — улыбнулся он. — Но плащ академии нужно сменить, в такое позднее время он привлечет слишком много внимания.
Он щелкнул пальцами. В комнату тут же вошла Смех с чем-то в руках. Маскарон вышел, и служанка помогла Майе сменить накидку на длинный черный плащ — его высокий ворот и плечи покрывали длинные перья с серебряным блеском.