Подул ветер, и Майя поежилась — хлопковая туника слабо защищала от ночного холода. Эльдар снял плащ и накинул ей на плечи. На нем осталась тонкая черная рубашка с короткими рукавами. Девушка закуталась в плащ. Чешуйчатая гладкая кожа хранила его тепло и аромат хвои с лесными травами.
— Мама мудро поступила, забрав меня отсюда, — тихо произнес юноша, прислонившись спиной к стволу дерева. — Не надо особо учиться быть чудовищем. Куда сложнее учиться стать человеком. Возможно, кому-то вроде меня это и вовсе недоступно.
— Ты человечнее многих людей, которых я встречала, — слабо усмехнулась Майя.
— Думаешь? — слегка прищурился Эльдар. В глазах его вспыхнул непонятный огонек.
Она всего лишь выгода. Всегда была всего лишь выгодой. Майя смотрела на парня, а в голове эхом звучали его слова. Был ли он когда-то с ней более честным, чем сегодня? Она не знала. Но знала, что никогда прежде не желала его лжи так отчаянно, как сейчас.
Но, конечно, об этой лжи она не могла попросить. А вот о правде…
— Каково это было — учиться у него?
К ее удивлению, Эльдар не спросил, о ком она. Не разозлился и даже не удивился. Он только странно скривился, и Майя поняла, что он ждал от нее этого вопроса.
— Ты достаточно умная девочка и сама уже догадалась. Если хочешь подробностей, спроси у него сама.
— Когда-то ты сказал мне, что если я хочу о тебе что-то узнать, то могу спросить тебя. И я старалась не слушать других. Старалась слушать только тебя.
— Уверен, ты уже не раз об этом пожалела, — ухмыльнулся Эльдар, обнажив клыки.
— Не хочу слушать о тебе от твоих врагов. Хочу услышать правду, которую скажешь мне ты.
Эльдар отвернулся. Она испугалась, что он снова закроется, натянет непроницаемую маску — и все пропало. Но когда повернулся к ней, Майя поняла: он устал. И это была не физическая усталость за эту ночь, а куда более глубокая и более долгая. Он выдохнул и сел рядом с ней на прохладную траву, почти коснувшись ее плеча.
— За жизнь я столкнулся с тремя ядами, из-за которых очутился на грани. Корнелий поил меня отравами по просьбе матери, но не врагов семьи она боялась. Заговоренные стены замка сожгут любого, кто пересечет его порог с намерением навредить хозяевам. И все-таки первый яд в своей жизни я попробовал с конфетой, оставленной у моей кровати.
Эльдар замолчал и глянул на Майю, давая ей время понять смысл услышанного.
— Тебя пытался отравить кто-то из твоей семьи? — не поверила она.
— Я родился полукровкой. Сама понимаешь, в какое положение этот факт ставил мой род и его влияние в городе. Враги Яхонтов Красных не упустили бы такого скандала, чтобы подточить нашу власть.
Майя потрясенно смотрела на юношу. Она многого еще не знала об Эльдаре, но его верность роду никогда не вызывала сомнения. Он всегда оставался предан памяти о семье и ее ценностях.
— Меня связало с Маскароном мое желание.
— Ты пожелал защититься от родных? — предположила Майя.
Эльдар хмыкнул, слова девушки его вдруг позабавили.
— Все еще хуже, — иронично заметил он. — Я пытался их защитить. — Он повернулся, взгляд его устремился куда-то в темноту леса. — Как ни странно, но именно рядом с Маскароном я забывал, что рожден чудовищем. Он хороший учитель, я бы сказал, даже очень хороший. Он обучал меня магии, хитростям и уловкам, говорил, как обставлять противника умом, а не только силой…
Майя едва не фыркнула. Жаль, не могла сказать Эльдару, что они оба высидели не один урок, слушая во все уши мага в маске, пока тот выступал перед ними с открытым благодушным лицом — куда более опасной его маской.
— …Это длилось почти год. Все знания, что он мне дал, помогали жить в замке и не попадаться на уловки родных. Я очень собой гордился, ведь перестал быть беспомощным. Стал верить, что могу добиться всего, чего захочу. Стал верить самому Маскарону, ведь именно он это все мне дал, — парень глянул на Майю, словно загнанный зверь. Так смотрят, когда собираются сказать что-то очень постыдное и до боли откровенное. — Думаю, я любил его. Любил, как учителя и… как друга. Его доброта стала вторым смертельным ядом для меня… — Желваки на его лице дернулись, словно последние слова принесли ему физическую боль. — Настал день, когда он решил вознаградить за заслуги и исполнить мое желание. В тот момент я желал лишь одного — прекратить раздор в Рубиновом Замке, что так огорчал маму…
Эльдар глянул на девушку. Майя поняла, что он ждет, поймет ли она, что означает это желание. И она поняла: раздор легко прекратить, если его некому устраивать.