«Дорогие Мейв и Сара!
Простите, что я так долго не давала о себе знать. Все было так восхитительно и великолепно, что у меня просто не было времени. Его семья очень хорошо отнеслась ко мне — как будто я одна из их дочерей. Мама Ребуччи из тех прелестных старомодных леди, которые считают, что женщина должна возиться на кухне, заботиться о детях и присматривать за тем, чтобы все были счастливы и хорошо накормлены! Я уже набрала десять фунтов. У них, конечно, есть слуги, но мама Ребуччи следит абсолютно за всем и сама готовит соус для спагетти. Она говорит, что ни одна уважающая себя итальянская женщина никому не доверит приготовление соуса! Она и меня учит. К тому времени, когда вы приедете меня навестить, я уже все освою и угощу вас обедом, который я сама приготовлю… соус, паста и т. д.
Папа Ребуччи зовет меня «маленькая Кристина». Он немного строг и мрачен, но мне кажется, что я ему нравлюсь. Мне кажется, что вся семья, все братья и сестры Гая меня любят. Все хотят знать, когда у меня будет маленький. Бабуля Ребуччи говорит: «Скоро у тебя будет бамбино, Кристина». Мне бы хотелось обзавестись бамбино немедленно, хотя бы чтобы не разочаровать бабулю Ребуччи. Но Гай говорит, что вокруг бегает достаточно маленьких Ребуччи и нам следует немного подождать, пока у нас не будет своего дома. Альдо, брат Гая, и его жена Джозефина со своими четырьмя детьми все еще живут в доме родителей. У всех остальных уже есть свои собственные дома с земельными участками. Само поместье очень большое, там могут разместиться двадцать зданий. Альдо поговаривает о том, чтобы выстроить свой дом, но Гай сказал, что Альдо маменькин сынок и никогда не оставит дом. Гай отличается от него. Он хочет, чтобы у нас был свой дом, но мне кажется, что он ждет разрешения папы Ребуччи или чего-то еще. А папа Ребуччи ждет разрешения дедули Ребуччи. Так здесь обстоят дела. И мне это нравится. Между нами говоря, мне все равно, если мы никогда не уедем отсюда. Мне здесь все нравится, я могу здесь жить вечно!
Я считаю, что Нейпа-Велли со всеми виноградниками — самое прекрасное место, которое я видела в своей жизни. Наш дом выстроен в стиле испанской гасиенды, и по сравнению с домом бабушки Марлоу в Ньюпорте он весьма прост, но в нем столько теплоты и красоты!
Я не могу дождаться, когда вы приедете сюда и сами увидите, как обстоят дела. Моя мечта жить здесь и иметь десять детей и чтобы вы и Марлена жили рядом со мной!
Я вас люблю.
Маленькая Кристина».
У Мейв на глазах показались слезы.
— Мне кажется, что она так счастлива.
— Ты так думаешь? — размышляла Сара. — Мне кажется довольно странным, что она так подробно пишет о маме Ребуччи, о приготовлении соуса к спагетти, о Калифорнии и о беби и почти ничего не пишет о Гае, кроме того, что он хочет уехать из дома и ждет позволения папочки Ребуччи. Мне кажется, что он больше ждет, когда папуля выделит ему денег!
— О, Сара, ты всегда думаешь только о плохом.
— Неправда. Я всегда думаю, что мы будем хорошо жить и встретим кого-нибудь очень милого и хорошего. Это ты предпочитаешь сидеть на месте. Ты всегда считаешь, что плохо проведешь время и никогда не встретишь Прекрасного Принца!
— Но это правда, не так ли?
— Потому что ты не позволяешь себе веселиться. Пока все отплясывают конгу в «Эль-Морокко», ты сидишь сложа руки.
Мейв помрачнела.
— Сара, мы всегда так и будем проводить время? Что с нами будет? Неужели мы всю жизнь просидим и протанцуем в «Эль-Морокко» и в «Копе»?
— Конечно, нет! Сейчас мы развлекаемся! Позднее мы займемся чем-нибудь другим.
Мейв писала:
«Моя дорогая Крисси!
Ты называешь себя маленькая Кристина, мне это так нравится! Но я не могу тебя называть иначе, как Крисси. Я так называла тебя в первый день в школе Чэлмер, когда ты стала моим самым любимым другом, и ты для меня всегда останешься такой.
Ты так прелестно пишешь о Калифорнии и обо всех, что, если бы я могла, я бы села на первый же самолет и прилетела к тебе. Только Сара мне этого не позволяет. Я стала рабыней-дебютанткой, и Сара обещает мне свободу, только если мы будем официально признаны дебютантками 1946 года! Тем временем Сара старается поймать как можно больше шариков в «Сторке», и когда она внутри находит сто долларов, она счастлива, как самый последний нищий!
Кроме того, что мы ходим на балы, ленчи и приемы, мы делаем покупки! Как мы их делаем? Конечно, в основном бальные платья! Но еще и платья для вечера, платья для чайной церемонии и костюмы для ленча. И шляпы! Сара без ума от шляп! И еще, конечно, сумки и туфли. И шарфы, и бижутерия, и украшения! Если я с ней не согласна, то она все равно все делает по-своему, как это бывает с нашей Сарой.