— Ты чего так злишься, красотка? — обратился он к Саре.
Сара посмотрела на него.
— Иди и зае… — прошипела она и быстро пошла мимо отеля «Тафт». Потом вдруг вернулась и вошла в отель. Кто-то советовал ей послушать Чарли Дрю в «Тафте» — он играл на рояле и пел рискованные песенки. Ей нужно выпить. Она прошла в зал, названный в честь своего главного артиста, и села за маленький столик у рояля. К ней подошел официант, он даже не спросил ее, сколько ей лет.
— Пожалуйста, «Манхэттен» с бурбоном и две вишенки. Когда появится мистер Дрю?
— Не раньше пяти, мисс.
Она посмотрела на часы. Было только десять минут третьего. Сара пожала плечами:
— На войне как на войне.
Официант покачал головой.
В комнате было много солдат, моряков и морских пехотинцев. Здоровенный пехотинец улыбался ей с другого конца зала. Капрал с ленточкой «Пурпурного сердца» издали молча кивал ей головой. Официант принес бокал, и Сара немного отпила.
— Вам купить что-нибудь выпить? — Какой-то мужчина в форме подошел к ней сзади.
Сара оглядела его сверху донизу и решила ответить. Она улыбнулась:
— У меня уже есть что выпить.
— Ну, можно еще заказать. — Когда он улыбнулся, оказалось, что ему нужно лечить зубы: они были в плохом состоянии.
Сара лениво подумала, что его стоило бы отшить, но потом сказала: «Ладно» и осушила свой бокал. Он подсел к ней и позвал официанта.
— Меня зовут Уолтер Ханниган, лейтенант.
— Крисси. Крисси Марлоу. — Она сразу опьянела от первого бокала, и ей показалось так смешно, что она назвала себя Крисси!
Она захихикала.
— Конечно, лейтенант. — Она страстно протянула это слово, как будто это было его имя.
Официант принес выпивку. Лейтенант Ханниган поднял бокал.
— За вас, моя кошечка.
— Я не ваша кошечка… пока.
— Пока… — повторил он.
— Вы что, отправляетесь на войну, лейтенант, или вы там уже были?
Он подумал, прикидывая, какая история произведет на нее большее впечатление.
— Отбываю. Завтра. Не могу сказать куда, — грустно заметил он. Его голос намекал на страшную тайну.
— Бедный лейтенант, — прошептала Сара, помахивая ресницами.
После часа полуромантической и полусексуальной болтовни лейтенант Ханниган объявил, что у него снят номер, что само по себе было огромным достижением. Все отели в городе были переполнены.
— Почему бы нам не подняться в мой номер? И когда появится этот парень, ну, этот Дрю, мы можем снова спуститься сюда.
— Я слышала песню мистера Дрю «Поваляйся со мной» — отличная песня.
Он внимательно посмотрел на, нее. Это что, ее ответ?
Она пела тихим хриплым голосом, и лейтенант решил, что ему не нужен иной ответ. Он встал, бросил пять долларов на столик и сказал:
— Ну что, пошли!
— Куда пошли? — невинно глядя на него, спросила Сара.
— В мою комнату.
— Почему вы думаете, что я пойду с вами?
— О, чем мы только что договорились?
— Понятия не имею, о чем вы тут говорили.
Он снова сел на место.
— Ты кто такая? «ЕД»?
— «ЕД»? — переспросила Сара. — Что это такое? Как интересно! Наверно, я то самое.
— Ты — е… динамо, — злобно сказал он.
— Лейтенант, я хочу вам что-то сказать. Вы что, не видите опасность перед своим носом?
— О чем это ты говоришь?
— О наживке, солдат. Я несовершеннолетняя. Если сюда зайдет кто-то из военной полиции, беды не оберешься, если даже вы только выпили со мной.
Он смотрел на нее несколько секунд, до него медленно доходила правдивость ее слов. Потом он встал из-за стола.
— Золотце, ты права насчет своего возраста, но ты все равно е… динамо!
Она впустую провела весь день. Ей нужно было пойти в «Тоффенетти» и на ленч заказать поджаренные креветки. Там много туристов и несколько шумновато, но все равно тепло и весело. Потом ей стоило пойти в «Стренд» или «Капитолий». У нее всегда начинало биться сердце, когда поднимали занавес, громко звучали трубы и начинал издалека выступать на сцену оркестр — все ближе и ближе…
Она не знала, кто там играл. Может, она увидит Джимми или Томми Дорси. Может, будет петь Хелен О'Коннел — «Зеленые глаза», или Френки — «Я никогда не буду больше улыбаться», — и она бы визжала и была в полном восторге, как остальные подростки, которые тоже сбежали сегодня с уроков. Они могли быть из Бронска, или Бруклина, или даже из-за реки, из Нью-Джерси. Сара немного поплакала.