ГЛАВА 19
Утро уже давно наступило. Поначалу робкие солнечные лучи пробились сквозь горы и разом осветили все вокруг. В их ласковом свете Принцесса казалась абсолютно нереальной. Солнечный свет как будто тянулся к внутреннему свету девушки, не желая его отпускать. Он золотил волосы, окутывал сиянием безупречную кожу и застывал на кончиках длинных ресниц, заставляя их трепетать. И Гриша молча, боясь спугнуть окутавшую их тишину, наблюдал за происходящей магией. Утренняя тишина была переполнена счастьем и тайной, которую Гриша не мог разгадать. Как… Вот как этой хрупкой, юной девушке удалось пробраться к нему в сердце? И чем он это заслужил? Сломленный… Сокрушённый. Не ждущий от жизни ничего хорошего.
Шикарные ресницы дрогнули, и Лена открыла сонные глаза.
— Привет, — шепчет, робко улыбаясь.
А у него от этой улыбки внутри все подрагивать начинает, и Гриша практически уверен, что вот-вот заплачет. От переполняющего счастья, от Лены, такой красивой. Не лицом красивой, хотя и оно безупречно… Душой. Её душа настолько прекрасна, что даже будь она страшной, как смертный грех — этого бы никто не заметил, ослеплённый её внутренним светом.
— Хорошая моя… Девочка.
— Твоя, — подтверждает, все так же улыбаясь, и, усаживаясь поудобнее, спрашивает: — А сегодня разве нет планёрки?
— Бог с ней, с планеркой, — ухмыляется Гриша, прикрывая глаза, и укладывая девушку себе на грудь.
— Как это? — изумляется Лена, завозившись на нем. От этого движения грудь девушки скользнула по его груди так, что у обоих дыхание перехватило, и предстоящая планёрка действительно оказалась под угрозой срыва. — Гриш? — хриплым голосом продолжила девушка, не отрывая взгляда от его горящих огнём глаз.
— Забудь, — короткий приказ мужчины звучит за секунду до того, как его губы буквально обрушиваются на её.
Целует, гладит, лижет. Дышат оба, как после марафонского забега. Прихватывает губами сосок, вторую грудь сжимает ладонью. Опускается вниз. Какая же она… Красивая, нежная, вкусная… Раздвигает ноги Плюшки и накрывает ртом сердцевину. Лена изумленно выдыхает, не сводя с любимого широко распахнутых глаз. Нет, девушка знала о подобных ласках, она же не темнота какая-нибудь. Но то, что Гриша сделает это для неё… Вообще захочет её подобным образом… Ну, не вязалось как-то такое с его сдержанным обликом. Как же мало она его знала! И то, что он позволил ей прикоснуться к себе настоящему, дав волю обуревающим желаниям, говорило о многом. Например, о зарождающемся доверии. Лена всхлипнула и откинулась на подушки, невольно толкаясь бёдрами навстречу Гришиному рту. Он застонал от этого неконтролируемого движения, и вибрация этого звука разлилась по всему телу девушки, наполняя его наслаждением.
— Гришаааа, — выдохнула в наивысшей точке удовольствия.
Её хриплый крик взорвал в мозгу мужчины фейерверки. Он вернулся к губам Принцессы, одновременно устраиваясь между её ног.
— Красавица моя… — шепчет бессвязно, толкаясь в любимую, скользя по истекающей соком раковине.
Лена ничего не понимает, потерявшись в своём наслаждении, растворившись в его неожиданном натиске. Существует только он. Страстный и несдержанный… Настоящий. Любимый. Музыкой в ушах звучит его стон. Хриплый, приглушенный, по-настоящему мужской и не нарочитый. Гладит мужчину успокаивающе нежно, вбирая в себя его наслаждение, делясь своим…
— Солнышко моё… Леночка… Девочка ласковая.
— Люблю тебя, Гриша. Так сильно люблю…
У него каждый раз крыша едет от этого “люблю”, и в ответ внутри закручивается чувство такой невероятной, сумасшедшей силы, что даже страшно становится. Он не испытывал ничего подобного раньше. И близко нет. Что же она с ним сделала своей любовью безоглядной? На что подбила?
— Гриш… — в мысли врывается ленивый голос Принцессы, — а я сегодня обещала с Данилой связаться. У него куча идей по стратегии. Целый проект.
— Спи, ты, стратегия, — ухмыляется мужчина, зарываясь лицом в ароматные волосы любимой. — До обеда подождет.
— Гриш… А Сашка с сайтом почти закончил. Знаешь, какая красота получилась.