Та-а-ак… Всё более-менее встало на свои места.
Но что делать дальше? Ворваться в дом и положить введённых в заблуждение простолюдинов? А они, кажется, готовы сопротивляться. Нет, поступлю по-другому.
Всё так же пригибаясь, я принялся обходить дом, чтобы выйти к парадному крыльцу. Оно показалось буквально через пяток секунд. Возле него и стоял мой «мерседес». Передняя дверь оказалась открыта, а в боковом стекле зияли два пулевых отверстия. На сиденье же поблёскивали капли свежей крови…
Твою мать, кого-то ранили! А может, и убили! Павел что-то кричал про то, что суки ответят ему за брата. Неужто Вячеслава кокнули⁈ Дела-а-а…
Нахмурившись, я поднялся на крыльцо и ударом ноги открыл входную дверь. Та ударилась в стену так, что мелко звякнула многоярусная хрустальная люстра, освещающая роскошный холл с десятком вооружённых простолюдинов в дешёвых костюмах-тройках. Все они прятались за резной мебелью, целясь в сторону двери, которая, судя по всему, вела в какое-то подобие подсобки.
Но стоило мне появиться во всём своём великолепии, как охранники уставились на меня, вскинув «калаши». И только смутно знакомый мне мужчина в ливрее продолжал лежать без сознания в углу возле кадки с фикусом.
Я сразу же прогрохотал, бесстрашно глядя на стволы:
— Вы чего, твари⁈ Внуков моих убить решили⁈ Знаете, что я с вами за это сделаю⁈
Надо взять ситуацию в свои руки. Подавить их уверенностью и властностью, звенящей в голосе.
Простолюдины переглянулись и уставились на седобородого лысого мужика с отвисшими красными щеками и неприятным колючим взглядом мелких глаз.
Он выпалил всё тем же бульдожьим басом:
— Ты ещё кто, млять, такой⁈
— Я хозяин этого дома, Игнатий Николаевич Зверев! — рыкнул я и продемонстрировал руку, окутанную магическим туманом.
— Очередной ряженый! — фыркнул лысый, насмешливо глядя на меня. — Зверев — старик, а ты даже не седой. Ну-ка давай-ка мордой в пол и магию убери, пока тебя не изрешетили!
— Деда! — донёсся взволнованный голос Павла из предполагаемой подсобки. — Деда, они говорят, что им позвонили из полиции и сказали, что, мол, мошенники, загримированные под братьев Зверевых, придут в дом, заявив, что он теперь принадлежит им, поскольку барон Крылов проиграл его Игнатию Николаевичу.
Вот оно как… И кому же это выгодно? Кто мог совершить этот звонок, ежели он вообще был? Думаю, кандидат на должность очередного интригана-дебила вполне понятен. Барон Крылов. Хотя, может, он и не такой дебил… Тут уж как поглядеть.
Между тем лысый зарычал, вонзив в меня безжалостный взгляд:
— Если через три секунды не будешь нюхать пол, мои ребята отправят тебе к праотцам. Раз…
— Где Вячеслав⁈ — выдохнул я и врубил «сферу Перуна».
— Тут, — глухо отозвался старший внук из той же подсобки.
И в его голосе злость тесно переплелась с раздражённым смущением из-за того, что он оказался в такой ситуации.
— … Два! — продолжил считать лысый, которого не смутила моя магическая защита.
Наверное, у него есть какие-то сюрпризы в рукаве. Надо действовать умнее.
Я грозно посмотрел на простолюдинов и как неотвратимая смерть двинулся прямо на них, цедя через губу:
— Слушайте меня, дебилы, иначе совершите страшную ошибку. Вы ведь наверняка звонили Крыловым, но никто из них не взял трубку, да? А знаете почему? Потому что они подставили вас, дураков! Крылов-старший и вправду проиграл мне дом, и он слышал, что я отправлю сюда своих внуков. Вот барон и решил подгадить мне. Придумал этот звонок якобы из полиции, чтобы вы либо постреляли моих внуков, либо опозорили их, положив мордами в пол. Кто-то из вас вообще звонил в полицию, когда явились «мошенники»? Или вы решили разобраться с ними сами, дабы получить какую-нибудь награду? Кто вам подал такую мысль? Кто сказал, что вас наградят? Кто принял звонок из полиции? И теперь просто на миг представьте, что вас обманули. Да вас за нападение на дворян отправят в самые глубокие казематы!
— … Три! — выпалил замешкавшийся лысый и выстрелил одиночным. Пуля пронеслась в метре от меня, угодив в рыцарские доспехи.
Больше никто не выстрелил. Все с подозрением уставились на лысого, чьи отвисшие щёки буквально алели от ярости.
И никто даже не отреагировал на вырвавшихся из подсобки Вячеслава и Павла. Оба решительно сверкали зенками.
Причём, куртка Славы в районе правого плеча носила отметины от пуль, но двигался он без затруднений. Значит, ежели и был ранен, то воспользовался зельем здоровья.