Дом цел, внуки вроде тоже.
— Деда! Да это волк его укусил! — жарко выдохнул пухляш, не уловив моей иронии.
— Угомонись. Чего ты так кричишь? Вы же оказали Петру помощь? Или ждёте, когда он станет оборотнем? Я вас разочарую, опыт мне подсказывает, что он станет трупом, а не оборотнем, ежели ему не оказать медицинскую помощь.
— Мы дали ему зелье здоровья. Рана затянулась. Но Вячеслав всё же повёз его в больницу.
— Волка бы тоже было бы неплохо свозить к ветеринару. Вдруг он что-то подцепил от дворецкого? Пётр вроде с виду ангелочек, но у таких обычно в шкафу находят труп проститутки.
— Какой ветеринар? Мы с Вячеславом решили передать всех животных в зоопарк. Там им явно будет лучше, чем в вольере. А ты когда приедешь? Ты вообще где? У Владлены Велимировны?
— Нет. Через пару часов буду. Всё, пока, — буркнул я, вспомнив эту несносную красотку.
Чем она сейчас занимается? Одна ли или с бывшим мужем?
Мелькнула мысль позвонить ей, но я тут же отмёл её и сунул телефон в карман. Поднял взгляд и увидел, как бесшумно открывается дверь. В кабинет вошёл император, облачённый в обычный спортивный костюм.
— Вечерняя тренировка у меня была, — буркнул он, тронув пальцами кавалерийские усы, так же побитые сединой, как и бакенбарды, и русые волосы. — Рассказывайте, Игнатий Николаевич, что на этот раз произошло. Мои помощники ничего мне не сообщили, говорят, вы отказываетесь им что-либо сообщать, только дали сумку, набитую документами на демонском языке и непонятными артефактами. Где вы их добыли?
— У демонов, — вздохнул я, закинув ногу на ногу. — А началось всё, когда я сидел дома, как обычно молился о вашем здоровье и благе империи, как вдруг открылся… ну-у-у… портал, наверное. Из него вышел демон, хвать меня и в свой мир. И там я, конечно, показал, что имперского мага так хватать нельзя: кого убил, кого покалечил. Лорда местного зарезал. У него и артефакты с документами умыкнул, а потом через Лабиринт вернулся в наш мир. В общем, неплохо расслабился.
Железный Пётр замер возле шкафа, нахмурив брови. Его глаза сузились в две щёлки, а изо рта вылетел холодный вопрос:
— Вы пьяны? Предлагаете мне поверить в такую… несуразицу? Вы хоть представляете, насколько нелепо всё это звучит?
— Иного рассказа у меня нет, Ваше Императорское Величество, — посерьёзнел я, подавшись к государю.
— На кой шут вы сдались демонам, Зверев? Откуда у них такая магия, открывающая межмировые порталы? Я сроду ни о чём подобном не слышал, хотя множество моих учёных изучают демонов и всё с ними связанное, — почти прорычал Пётр, недоверчиво зыркая на меня.
Он резко открыл дверцу шкафа, а там оказался мини-бар.
— А разве не я остриё борьбы с демонами? Мне удаётся то, что остальные не могут сделать месяцами. Логично, что демоны решили устранить меня. До вас-то им не добраться.
Император, стоя ко мне спиной, налил себе коньяка, подумал и спросил:
— Будете что-нибудь?
— Мне бы самогоночки, но боюсь, вы такого не держите.
— Отчего же? Имеется и такое. Шестьдесят градусов, — удивил меня Железный Пётр. — Налить?
— Ежели можно.
Император собственноручно набулькал мне рюмку и поставил её на столе, присовокупив несколько долек лимона. Сочетание было оригинальным.
— За процветание империи, — поднял бокал с коньяком государь.
— За процветание империи, — повторил я, глядя на Петра, сидящего в кресле по ту сторону журнального столика из натурального ореха.
Мы чокнулись и выпили. Шестьдесят градусов прокатились по пищеводу как огонь. Я торопливо сунул в рот дольку лимона и скривился.
— А вот теперь, Игнатий Николаевич, рассказывайте. Рассказывайте всё без утайки, так, чтобы я поверил. И глядите мне в глаза, — хмуро изрёк император, поймав мой взгляд.
И я опять ощутил себя как в кабинете дознавателя. Такое происходило чуть ли не каждый раз, когда мне доводилось беседовать с правителем. Но оно и понятно. Мои приключения и вправду так его шокировали, что хрен поверишь.
Однако на сей раз у меня имелись доказательства: документы, артефакты, демонская одежда и выход из Лабиринта в Омске. И вот напирая на них, я поведал императору о своём вояже в мир демонов. Взгляд не отводил и врал очень убедительно. У меня же за спиной два брака и жизнь ведьмака.
Государь, в свою очередь, не спускал с меня цепкого взора, постоянно переспрашивал и задавал вопросы как настоящий следователь. Если он почувствует ложь, то мне несдобровать. У меня от напряжения даже во рту сухо стало.
Выслушав мой рассказ, правитель откинулся на спинку кресла и принялся потирать подбородок.