Тут же из сторожки выбежал охранник и раскрыл надо мной зонт. Хм, а мне нравится быть богатым.
Я благодарно кивнул, взял зонтик и быстро двинулся к дому по асфальтированной дороге мимо деревьями, согнувшимися над ней. Над кронами грохотал гром и сверкали молнии. Пришлось поторопиться, чтобы ноги окончательно не промокли.
На крыльцо дома я почти вбежал, и тотчас передо мной открыли входную дверь.
— Добрый день, хосподин Зверев, — улыбнулась Прасковья, пропуская меня в прихожую. — А я уже чай поставила. Попьёте горяченького, да с пирогом.
— Звучит отменно, — согласился я и встряхнулся как пёс, выбравшийся из реки.
— Ваши внуки уже собрались в гостиной. Туда я чай и принесу.
— Угу, — кивнул я, повесил зонт и пиджак на напольную вешалку и сменил ботинки на удобные мягкие тапочки, после чего двинулся в сторону гостиной.
Та встретила меня головами кабанов, висящими на стене из тёмного дуба. В камине танцевал огонь, а в креслах перед ним расположились братья Зверевы. Они что-то обсуждали под треск поленьев и раскаты грома.
Но стоило им заметить меня, как оба замолчали, повернув в мою сторону головы.
Я уселся в третье кресло и вытянул ноги, дабы они оказались поближе к пламени.
— Как всё прошло? — спросил я, намекая на похороны Алексея.
— Достойно, — подумав, подобрал подходящее слово Вячеслав, хмуро поглядывая на меня голубыми глазами.
Павел глядел не менее хмуро, приглаживая светлые волосы.
— Что вы так на меня смотрите, будто заподозрили в краже ваших игрушек?
— Дедушка, а чего ты такого сделал, что наш род разом поднялся на тридцать позиций в рейтинге? — прямо спросил Слава, не став ходить вокруг да около.
— Да как обычно — спас империю.
— Деда, ответь серьёзно, — встрял Павлушка.
— У брюнета, что стоял за спиной Алексея, был документ, написанный демоном. Вот я и помог его расшифровать. Только вы держите язык за зубами, но шифр и так был мне известен. Брюнет его перед смертью и выдал.
— Так ты, получается, не совсем честно заработал очки рейтинга? — поморщился Вячеслав.
— Ишь ты какой привередливый. Может, тебе в святые податься? — сощурился я, попутно метнув взгляд на Прасковью.
Та вошла в гостиную с подносом в руках и сгрузила на стол чайник, три чашечки и блюдо с порезанным на кусочки пирогом с румяной корочкой.
— Успокойтесь, успокойтесь, — миролюбиво вскинул руки Павел. — Давайте не будем ссориться, а просто попьём чай и побеседуем о жизни.
— Но сперва напиши Красавцеву, что мы все втроём придём на его шоу, но только если съёмки будут проходить сегодня. Максимум завтра утром, — проговорил я, взяв из рук Прасковьи чашечку с тёмной жидкостью, исходящей паром. В ноздри ударил насыщенный терпкий запах.
— Ты всё-таки решил сходить к нему? — обрадованно заулыбался Павел.
— Жизнь вынудила, — вздохнул я, вспомнив, сколько раз меня не узнавали.
— Я, пожалуй, откажусь. Не пойду, — проговорил Вячеслав и смущённо отвёл взор.
— Ого, такой большой и боишься камер? — сразу распознал я причину его отказа. — Не переживай, никто там тебя не укусит. К тому же наверняка темой шоу будет Лабиринт, а ты о нём кое-чего знаешь.
— Брат, ты что? Пойдём! Будет круто! — выдохнул пухляш, глядя на хмурящегося Вячеслава.
А я молча отпил из чашечки. М-м-м, чай оказался таким вкусным, словно был краденым. Пирог тоже мог похвастаться отличным вкусом. Я умял аж два кусочка, пока Павел убеждал Славу пойти на шоу. И у него получилось.
Я показал пухляшу большой палец и встал с кресла.
— Деда, ты куда? — спросил Павел, не отрывая взгляда от телефона.
Его пальцы проворно тыкали в экран, набирая сообщение. Явно для Красавцева.
— Посещу местную лабораторию. Она же в подвале?
— Угу, — кивнул Вячеслав. — Показать?
— Нет, сам справлюсь, — произнёс я и вышел из гостиной, чувствуя приятную тяжесть в животе.
Путь в подвал я нашёл быстро, потому спустя всего минуту вошёл в лабораторию. Та оказалась небольшой, но чистой, и всё оказалось размещено довольно компактно: три металлических шкафа с ингредиентами, два стола, холодильник и полки с перегонными кубами, колбами и прочими алхимическими инструментами.
Причём ингредиенты оказались отменного качества. Повезло, что Крылов не стал их забирать. Они стоили весьма и весьма…
Довольно кивнув, я в свете люминесцентных ламп принялся за дело. Взял бронзовый горшочек и начал варить зелье связи, чтобы пообщаться с Ирисом.
Дело шло быстро и без проблем. Вскоре варево начало закипать, распространяя запах прелой листвы. Поверхность булькала, напоминая вскипячённую кровь. Цвет был похожим.