Дед в режиме мастера. Том 4
Глава 1
Дождь продолжал лить как из ведра. А я, вымокший как мышь, утопил кнопку звонка, стоя на крыльце перед входной дверью логова Владлены.
Дверь открылась с едва слышным лязгом петель, будто бы прошептавшим: «Оставь надежду всяк сюда входящий».
— Входите скорее, господин! — протараторила служанка Ульяна, которая, кажется, ещё и не ложилась спать. — Я сейчас принесу полотенце.
— Было бы очень кстати, — улыбнулся я и следом добавил: — И крест с серебром принеси. Всё-таки к вашей хозяйке иду.
Служанка против воли хихикнула, а потом сделала грозное лицо и погрозила указательным пальцем.
— Не шутите так, господин Зверев. Наша хозяйка самая добрая на всём белом свете. Она давеча нам всем премию выдала.
— Ого. С чего бы это? Может, на тот свет собралась и решила загладить грехи? — картинно удивлённо вскинул я брови, хотя прекрасно понимал, что дело тут в моих словах.
Я же сказал Владлене, что её прислуга отзывается о ней только в положительном ключе. Вот её каменное сердце и дрогнуло. Вознаградила слуг.
— Прекращайте, — наигранно нахмурилась Ульяна и даже пригрозила: — Иначе я принесу самое колючее полотенце в доме.
— Всё, больше не буду, — выставил я ладони.
Служанка поправила халат и быстро пересекла холл, освещённый многоярусной хрустальной люстрой. Она скрылась за дверью. А я покосился на лужу, успевшую образоваться подо мной на коврике.
Благо Ульяна быстро вернулась, неся полотенце, халат и тапочки.
— Может, вы переоденетесь? А я постираю и посушу вашу одежду, — предложила она.
— Если Владлена когда-нибудь совершит глупость и уволит тебя, ты всегда найдёшь работу в моём доме.
Девица опустила взгляд и польщенно улыбнулась, передав мне вещи. Взяв их, вытерся полотенцем и отправился в ванную на первом этаже, где быстро помылся и надел халат.
Кинжал-артефакт спрятал в сливном бачке. Думаю, до утра его тут никто не найдёт. И вряд ли сам «Вампир» что-то эдакое отчебучит… Вряд ли же?
Сунув ноги в тапочки, отправился к Велимировне. И спустя минутку уже постучал в дверь её спальни.
Та открыла и удивлённо распахнула глаза, скользнув по мне взглядом.
— Фраза «чувствуй себя, как дома», кажется, уже неактуальна. Ты и так… кхем… — саркастично усмехнулась она, стоя в одном лишь полупрозрачном пеньюаре.
Тот совсем не скрывал её тонкую талию и упругую грудь, бесстыже глядящую на меня сосками. Но вот стринги на аппетитной заднице всё же красовались. Волосы падали на хрупкие плечи и закрывали лопатки.
— Шикарный наряд, — проронил я, украдкой сглотнув слюну.
— Правда? — насмешливо заломила она изящную бровь.
— Нет. Соврал, чтобы тебе было приятно, — произнёс я и прошёл мимо красотки, очутившись в её спальне, похожей на гнёздышко женщины-вамп.
— Пфф, я понимаю, что тебе трудно говорить правду, но уж потрудись и скажи как есть, — иронично проговорила Владлена и закрыла дверь.
— Шикарный наряд… для публичного дома. Пеньюар выразительного шлюхо-красного цвета, а возле твоего зада не хватает половичка с надписью «добро пожаловать».
Владлена пару мгновений смотрела на меня сощурившимися глазами, а потом захохотала, запрокинув голову.
— Ну, Зверев, ну… эксперт, — промычала она сквозь смех, усевшись в кресло. Её глаза мерцали в отблесках настольной лампы, борющейся с сумраком. — Ладно, с этим мы разобрались. Рассказывай теперь о своих приключениях.
— Не так быстро. Ты меня сперва напои, накорми, а уж потом беседы веди.
— Я Баба-яга, что ли? Однако питьё я тебе всё же приготовила.
Владлена указала рукой на туалетный столик с большим зеркалом. Там среди флаконов с тяжёлыми крышками стояли два зелья, оба шестого ранга. Одно вдохнуло в меня выносливость, а второе убрало царапины и ссадины.
— Благодарю за заботу, — сказал я и уселся в другое кресло напротив Владлены.
— Я просто не хочу, чтобы ты помер раньше, чем всё мне расскажешь.
— Не переживай. Есть мнение, что я бессмертный, — усмехнулся я и принялся рассказывать о своих приключениях, стараясь не пялиться на грудь Владлены, как провинциал на Исаакиевский собор.
Владлена внимательно слушала меня, порой кусая нижнюю губу и качая головой. А когда я добрался до боя с де Туром, ставшим чудовищем, она замерла, широко распахнув глаза, как девочка, которой рассказывают потрясающую историю. А я вошёл в раж — вскочил с кресла и принялся размахивать руками.
— … Вот и всё, — вскоре хрипло закончил я, глотнув воды прямо из кувшина, стоявшего на прикроватной тумбочке.