— Пойдём? — кивнул я на особняк и тут же хлопнул себя по лбу. — Ах да, нам же ещё Владлену ждать.
— Ты и её пригласил? — округлил глаза паренёк.
— Пришлось, иначе бы она вспорола меня ржавым ножом от паха до горла.
— Ты так говоришь, будто Владлена Велимировна какое-то чудовище.
— Так и есть. Чтобы с ней справиться, потребуются молодость, красота, ум и харизма. У тебя есть молодость, а у меня всё остальное. Глядишь, победим, — иронично улыбнулся я и сощурился, глядя на появившийся из-за угла знакомый «мерседес».
Тот подъехал к тротуару, встав позади моей ещё не отъехавшей машины.
Я галантно открыл Владлене дверь и помог ей выбраться. Та провела ладонью по стянутым в тугую косу тёмным волосам и расправила собравшееся на сексуальных бёдрах облегающее чёрное вечернее платье.
Лифчик, естественно, она не надела, из-за чего соски дерзко проступали под тканью.
Ясен пень, её грудь привлекала не меньше внимания, чем изумрудное колье, поблескивающее на лебединой шее.
Владлена упёрла руку в бедро и вопросительно приподняла чётко очерченную бровь. Она ждала комплиментов.
— Блестяще выглядишь. Тебе хоть сейчас можно претендовать на трон Тьмы, — сладко пропел я, восхищённо покрутив головой. — Думаю, Вороновы после твоего визита вызовут священника, дабы он повторно освятил их дом.
— А ты что скажешь, мальчик? — уставилась декан на Павла, удивлённо пучащего зенки.
Тот даже не представлял, что с Владленой Велимировной кто-то способен так разговаривать.
— Эм…м-м-м, — замычал оробевший внучок. — Хо… хорошо выглядите.
— М-да, скукота, — прикрыла она ладонью рот, приоткрывшийся в наигранном зевке. — Зверев, сделай тест ДНК. Точно ли Павел твой внук? Или у вас умение делать комплименты передаётся через несколько поколений?
Павел недовольно засопел, сморщив физиономию.
— Мой внук силён в другом. Он руководит ремонтом нашего семейного гнезда, — не дал я парня в обиду.
— Да ну? — удивилась Владлена. — Надо будет заехать к вам, поглядеть, что вышло. А это ваша новая машина? Неплохая, неплохая.
— Да ты что? Аж гора с плеч, а то я думал, что тебе не понравится, — саркастично выдал я и галантно согнул руку, сделав шаг к Владлене. — Пойдём. Мы и так опаздываем.
Она оперлась на мой локоть, и мы втроём двинулись к особняку Вороновых. Оттуда за нами уже наблюдали…
Наше трио не успело подойти к крыльцу, как дверь отворилась, и на пороге появилась служанка. На её губах растянулась резиновая улыбка, а в глазах мелькнула тревога.
Служанка сразу же повела нас вглубь дома, а тот, надо сказать, оказался роскошным. В нишах красовались мраморные статуи и рыцарские доспехи. Под ногами лежал дубовый паркет, с лепного потолка свисали хрустальные люстры, а со стен глядели картины в золочёных рамах.
Да, здесь пахло большими деньгами, эвкалиптом и розами, стоящими в вазах.
— Хорошо живут, — еле слышно прошептал Павел, стараясь не слишком крутить головой, чтобы не казаться впечатлительным простолюдинам.
— Воруют наверное, — тихо проронил я, но Владлена всё равно услышала и захихикала в ладошку.
А мне было не до смеха. Всё внутри меня напряглось в ожидании встречи с Алексеем. Но внешне я ни капельки не изменился. Всё так же улыбался и шутил.
Правда, слегка вздрогнул, когда из бокового коридора внезапно вышел Воронов-старший, облачённый в чёрный костюм-тройку с выглядывающим из нагрудного кармана малиновым платком-паше.
— Господа Зверевы, Владлена Велимировна, добрый вечер. Я искренне рад видеть вас в своём доме, — чуть хрипло проговорил он и изобразил улыбку на волевом лице с мрачными серыми глазами. — Игнатий Николаевич, позвольте перемолвиться с вами наедине.
— Конечно.
Владлена и пухляш пошли дальше в сопровождении служанки. А я следом за Вороновым вошёл в небольшой кабинет, где зелёные обои гармонировали с резной мебелью из светло-коричневого ореха.
Аристократ пригладил светло-рыжие короткие волосы с проседью и буквально упал в кресло. Оно жалобно скрипнуло под его весом, всё-таки он был крупным, широкоплечим мужчиной.
— Вашего внука словно подменили! — бросил Воронов, тяжело задышав.
— Спасибо. Он в последнее время много тренируется, так что сбросил несколько килограммов. Ещё чуть-чуть, и пузо с упитанными щёчками совсем уйдут.
— Игнатий Николаевич, сейчас не время для острот. Вы прекрасно поняли, что я не о Павле, а об Алексее говорю, — нахмурился мужчина, забарабанив волосатыми пальцами по рабочему столу.