— Дедушка, ты был прав, порой Владлена Велимировна ведёт себя хуже чудовища, — пробурчал Павел, смахнув светлые волосы, прилипшие ко лбу.
— Да, типичной женщиной её не назовёшь, — ухмыльнулся я краем рта и следом добавил, серьёзно посмотрев на печального внука: — Послушай, смерть Алексея явно не на твоей совести. Да и вообще… он уже был чудовищем, его разум погиб. Не было в нём ничего человеческого. Монстр, да и только. Артефакт поработил Алексея, говорил его устами. Вот возьми фотографию своей покойной бабки и порви её. Разве это будет значить, что ты убил её?
Внук опустил голову и пнул камешек, оказавшийся на крыльце. Удалось ли мне его заболтать?
— Эх, деда, на душе всё равно тяжело, а во рту вкус горечи.
— Время лечит, — выдал я избитую фразу всех утешителей и решил сменить тему, чтобы отвлечь парня: — Ты сейчас домой поедешь? Позвонить Екатерине?
Павел поколебался немного и глянул на открытую дверь. В глубине кухни виднелась фигура Жанны.
— Нет, я, пожалуй, здесь ещё задержусь, — ответил пухляш, изрядно осунувшийся после минувших приключений.
— Ладно, как знаешь, — проговорил я и увидел появившуюся на кухне Владлену.
Её лицо пересекала озорная улыбка, а в руках поблёскивали две бутылки красного вина.
— Вы уезжаете? — спросила у неё Жанна, шмыгая красным распухшим носиком.
— Нет, просто хотела покатать на своей машине эти две бутылочки! — отбарабанила декан и пьяно захохотала, запрокинув голову.
— Дедушка, увези её поскорее отсюда, — взмолился Павел, сложив ладони лодочкой.
Я кивнул и громко сказал:
— Владлена, машина уже подъехала! Сюда, сюда, иди на мой голос!
— Я всё прекрасно вижу! — возмущённо выдала она и вышла на крыльцо.
К счастью, «мерседес» и вправду уже подъехал, встав позади внедорожника Барсова. Сам полковник стоял прямо возле машины, потирая красные от недосыпа глаза.
Владлена прошла мимо Барсова. А я остановился и шепнул:
— Артур Петрович, нет ли у вас возможности оставить кого-то приглядеть за Павлом? А то времена нынче смутные.
— Без проблем. Со мной как раз приехал надёжный человек.
— Благодарю.
— Не за что. Кхем, — вдруг кашлянул в кулак Барсов и понизил голос, уставившись на меня внимательным взглядом: — Игнатий Николаевич, я понимаю, что это, возможно, не моё дело, однако же мне жутко хочется узнать, что в целом происходит… Вы ведь не нарушите присягу, ежели введёте меня в курс дела? Я же всё-таки буду рисковать жизнью, когда пойду с вами в Лабиринт.
— Справедливое желание. Я вам кое-что поведаю, но не сейчас.
— Хорошо.
Кивнув, я уселся на заднее сиденье «мерседеса» подле Владлены, уже успевшей штопором открыть одну из бутылок.
Блин, и с какого перепуга она вообще так наклюкалась? Запивала стресс? Да, наверное. У неё ведь нервы тоже не железные, хоть она и играет роль стальной леди.
— Едем домой! — громко бросила Велимировна шоферу, сделала глоток прямо из горлышка бутылки и передала её мне, качнувшись в унисон с машиной, плавно поехавшей по улицам ночного города.
Я отпил и удивлённо хмыкнул. Да, вино и вправду хорошее. Оно оставляло восхитительно терпкое виноградное послевкусие.
— Надо было брать три бутылки, — произнёс я, передав вино Владлене.
Та улыбнулась, сделала ещё глоток и проговорила, въедливо уставившись на меня:
— Всё, теперь можешь рассказать, как ты понял, что артефакт внутри твоего бывшего внучка.
— В общем-то, всё просто. Я заметил, что Алексей без азарта в глазах защищал плюшевого медведя Тедди. Потому-то мне и удалось понять, что артефакта в игрушке нет. А потом я смекнул, что настолько важную вещь Алексей будет держать при себе. И вряд ли в кармане…
Я уж не стал добавлять, что мне однажды доводилось видеть, как некий демон ровно так же прятал артефакт, просто проглотив его.
— А что это всё-таки был за артефакт? Как он работал? — выстрелила целой очередью вопросов Владлена и снова с азартом приложилась к бутылке. — И почему ты разговаривал перед домом Вороновых с тем рябым усачом как со своим старым другом?
— Владлена, я спецагент тайной канцелярии, — тихо проговорил я, чтобы не услышал шофер.
— Чего⁈ — изумленно выпучила та глаза и пару мгновений хлопала длинными ресницами, а потом зашлась в приступе смеха, расплескав вино по салону.
Пришлось отобрать у неё бутылку, а Велимировна аж повалилась на сиденье. Её хохот сотрясал воздух, пропитавшийся запахами вина.
— Владлена, ты сейчас похожа на одержимую, из которой вырываются бесы.
— Ну, Игнатий, ну, юморист, — сквозь смех выдала она и снова приняла сидячее положение, улыбаясь до ушей. — Хорошая шутка.