"В темнице там царевну тужит. А серый волк ей верно служит".
Позже на Руси так и останется. Или над волчьей глупостью будут смеяться - "во, хвост сдуру приморозил". Будут смеяться над глупостью и жадность волка, аватара мелкого дворянина, и в Европе, в городских сказках о братце-кролике. Потом там начнут волков особенно боятся.
"Волков! Бояться! В лес не ходить!".
Им-то можно, а у нас Волковых много, всем не запретишь.
Сер. 16-го в. Олаус Магнус: самая высокая концентрация волков-оборотней - стык Пруссии и Ливонии.
"Стаи этих созданий крушили всё на своём пути, врывались в дома, убивали и пожирали скот и людей, выпивали весь запас алкоголя".
Вервольфы-алкоголики?
"... тысячи оборотней собирались у руин старого замка на границе Литвы, Ливонии и Курляндии. Они прыгали на его стену, а тех, кто не мог допрыгнуть, поскольку слишком разжирел, убивали вожаки".
Если так пить и жрать...
С 13 в. в Европе волк-оборотень - пособник дьявола.
1521 г. Безансон: крестьяне получили способность к оборотничеству, заключив договор с дьяволом, который дал им волшебную мазь для превращения в волков.
Все сознались. Сожгли заживо. Потом было множество подобных процессов.
Не у нас. У нас князь-оборотень - хорошо, круто.
"А и та его дружина хоробрая
И на тех девицах переженилися;
А и молодой Волх тут царем насел,
А то стали люди посадские;
Он злата-серебра выкатил,
А и коней, коров табуном делил,
А на всякого брата по сту тысячей".
Не государь - мечта народная. Почти про меня.
В моём оборотничестве - все уверены, "коней, коров табуном" - уже делю. Правда, не "на всякого брата по сту тысячей". Куда столько? "Злата-серебра выкатил" - есть такое. В разных товарных эквивалентах, заимообразно. "На тех девицах переженилися" - постоянно. Бабы для создания крепких святорусских семей поступают из разных источников.
Нет только: "Рубите старого, малого/ Не оставьте в царстве на семена". Гумнонизьм мой, знаете ли, общечеловекнутость... Одно только это и отделяет меня от идеала правителя нашего народа-богоносца.
Вот оскотинею окончательно, до геноцида, до Мономаха. И стану символом, светочем и образцом.
"Боже, Царя храни!
Ваня державный,
Царствуй во славу,
Во славу нам!".
Тьфу-тьфу! Не дай бог!
***
Гибель Минских князей лишила воинов и жителей города воли к сопротивлению. Кто-то в истерике ещё пускал стрелы, некоторые, преимущественно из иногородних, пытались убежать, но основная масса бросала оружие и пряталась по дворам и подвалам.
Пулемёт? Не повторяй, девочка, глупостей, обычных для мальчиков-подростков. "Вот кабы был у меня меч в три аршина... Я бы их всех...!". "Бьют не слабого, бьют трусливого" - русская народная мудрость. Победы добывает не железка, а боец.
Вспомни мой путь здесь.
За одиннадцать лет до этого я попал сюда, в "Святую Русь". Безъязыким бессмысленным безволосым бесправным... холопчиком.
Если бы тогда был пулемёт? - Я бы начал стрелять. Сдуру, с испугу. Как боезапас кончился - меня бы побили. В слизь кровавую. Или сожгли. В пепел.
Два года назад я помог Боголюбскому взять Киев. Был официально объявлен его братом. Поступил бы Боголюбский так, если бы я навалил киевлян из пулемёта горкою? - Он государь православный. Волшба, непонятки - допустимы. "На всё воля божья". Но в ограниченных пределах. Он за рукавную плевательницу чуть не зарубил. А всего-то одного нехорошего хана угомонил. Ванька-пулемётчик в братьях-князьях? - Не. Лучше на плахе.
За неделю - я отправил из Берестья гонцов к князьям. И они пришли. Хотя у обоих дома... дел полно. Пришли не потому, что у меня пулемёт. А потому, что я - третий князь на "Святой Руси", брат Государя.
Не было бы их - сам бы я город не взял.
Даже и с их участием - не получилось бы. Мы не имели даже двукратного превосходства. Но я вспомнил тактический ход киевских бояр-изменников (в РИ): "насунуться на крепкие места".