— Я тебе не верю.
— И что мне нужно сделать?! Выкопать его из могилы?!
— Я этого не предлагал.
— Хорошо, — Рамилка вдруг успокоился и даже слегка улыбнулся. — Хорошо. Хочу признаться тебе кое в чем. В тот момент, когда Волдырь отобрал у меня нож, я страшно боялся, что он меня изобьет. Я отдал ему нож без малейшего сожаления, но уже под конец перемены страх улегся, и я ощутил странную потребность вернуть свою находку. Не знаю, как это объяснить, и ты, наверное, вряд ли поймешь, но в первый же день меня начало ломать.
Он показал мне свои кулаки.
— Ломать, как наркомана! Я лишился сна. Мне чудилось, будто я стою на пороге того дома и вижу, как топка печи открывается и оттуда выползает дед. Старый, весь в ожогах, в обугленной одежде. Выползает из печи и орет мне: «Где он??!» Он не называл, что именно, но я понимал это глубиной разума. И в тот день, когда мы заключили соглашение, я не выдержал и пошел к Волдырю домой.
— Не может быть!!!
— Да, я пошел к Волдырю и взял с собой восемьдесят семь рублей. Все деньги, что я насобирал, плюс двадцатка, которую я украл у отца из бумажника. Я намеревался отдать ему все, лишь бы он вернул мне нож. Я пошел поздним вечером, чтобы не привлекать ничье внимание, и проторчал под окнами его дома почти до полуночи. Он так и не появился, представляешь? Тогда я пришел на следующий день и опять простоял до двенадцати, и опять он не появился. И вот сегодня, если бы ты не вмешался в мой план, я бы проследил за ним. После уроков он уходит с друзьями в парк. Пару раз я видел его на лавочке возле дискотеки вместе с Саней Увольником и Кузей. Еще пару раз я видел его на стройке за универмагом. Туда они всегда ходят без девочек. Но он нужен мне один, понимаешь? Если он будет с друзьями, то за деньги нож не выторговать. Чтобы говорить с троими придурками, нужен авторитет и понты.
Его лицо запылало огнем.
— Если у тебя больше нет вопросов, я пойду переодеваться.
Он ушел, но один вопрос все же остался не закрытым. Как нож оказался на пустыре? В моей голове не было и мысли играть в следователя. Мною двигал страх за наши жизни, и я предчувствовал, что ночь от ночи будет становиться только хуже. Нож следовало вернуть.
Пока Рамилка переодевался, а класс покидал спортзал, я стоял у окна, наблюдая, как возле уличного туалета скапливается толпа мальчишек. Ни для кого не секрет, что школьники за туалетом курили. Курили и девочки и мальчики, и никто особо не пытался истребить пагубные привычки на корню. Раз в неделю за туалет кто-нибудь заглядывал, и школьники, как по команде, выбрасывали непотушенные окурки через забор, где они бесследно исчезали в высокой траве. А когда этот кто-то подбирался к ребятам на расстояние вытянутой руки и требовал честного признания, кто курил, а кто стоял рядом, все весело отвечали, что надымили другие пацаны, которые уже ушли и неизвестно, зачем приходили. А потом быстро растекались в разные стороны, не давая преподавателям понюхать запах изо рта или проверить содержание карманов. Также раз в неделю там происходило событие, которое захватывало интерес еще большего количества зрителей. Оно собирало курящих и некурящих, мальчиков и девочек, крутых и лохов, шестерок и праведных. Всех, кому хотелось острых ощущений и тем для разговоров. Глядя в окно на слетающихся старшеклассников, я понял, что назревает драка, и ничуть не удивился, увидев, что к туалету в распоротой рубашке направляется Волдырь. Вероятно, драка уже началась в другом месте, и, чтобы дело решить без преподавателей, ребята перемещались в более закрытый уголок.
За Волдырем шли его верные друзья, а поодаль от них — рослый худощавый парнишка. Я знал его. Он учился в девятом классе и тренировался в секции по рукопашному бою в одной из спортивных школ села. Волдырь учился в десятом, но, даже если бы он только закончил восьмой, ему было бы плевать, где и на ком этот парень отрабатывает удары. Волдырь шел на бой, как Тайсон — ни тени сомнения в своей победе, в то время как его соперник пребывал в подавленном состоянии. Он передвигался длинными, неуклюжими шагами. В какой-то момент он остановился, друзья Волдыря тут же обратили на это внимание, но мальчишка лишь перекинул портфель на другое плечо и свернул к туалету. Там толпа вытянулась, освобождая место для боя и закрывая его от посторонних глаз.