Из средней кабинки прямо сквозь дверцу с любопытством высунула свою голову призрак Миртл Уорен.
- Опять ты, противный мальчишка! – гневно произнесла призрак. – Пошёл вон из моего туалета!
- Заткнись, дохлая шваль, иначе найду ритуал изгнания нежити и испытаю на тебе.
- Ненавижу! – завопила Миртл. – Вы все, мальчишки, такие противные, не любите меня.
После этого призрак использовала свой излюбленный приём – нырнула в унитаз, подняв тем самым кучу брызг.
Уизли долго ждать не пришлось, она пришла раньше назначенного времени. Через минуту дверь туалета отворилась и в неё с опаской заглянула рыжая девичья головка. Джинни уже давно обогнала меня по росту и немало удивилась, увидев в туалете парня, который был ниже её. От этого она осмелела, уже более уверенно зашла в туалет и прикрыла дверь.
- Это ты что ли решил меня шантажировать? Ты хоть знаешь, что за это с тобой сделают мои братья? – нагло заявила Уизли.
Почувствовав метку хозяин-слуга, связывающую нас, я послал по ней мысленный приказ «причинить небольшую боль».
- Ай! – воскликнула Уизли и схватилась правой рукой за левое плечо. – Что за ерунда?
Тут она перевела взгляд на меня, у девочки расширились глаза, видимо, до неё дошло, что произошло. Умная девочка...
- Нет, не может быть, – неверяще тихо сказала она, – нет…
- Да, Джинни, – я ухмыльнулся, – ты моя слуга и никому не можешь об этом рассказать. Ты сама дала мне добровольную клятву в обмен на то, чтобы я никому не выдал, что это ты нападала на учеников.
- Но… – Девочка была в шоке от услышанного. – Это ты меня избил? Не может быть, ты мелкий, всего лишь карлик, я бы сама тебя размазала тонким слоем…
Вновь посылаю небольшую боль по рабской метке. Уизли скривилась от неприятных ощущений и опять схватилась за руку.
- Не забывайся! Ты слуга, я Господин и не потерплю оскорблений от подчинённой… Итак, у нас есть два варианта сотрудничества: по-хорошему или по-плохому. Какой ты выберешь?
- А что, у меня есть выбор? – скривившись, спросила девочка.
- Конечно, выбор есть всегда. Ты можешь противиться, тогда будешь действовать против воли и получать за неподчинение боль, много боли. Или же, ты можешь действовать добровольно и получать за это в награду моё одобрение и даже деньги. Только помни о том, что если что-то расскажешь о своём Господине, то лишишься не только жизни и магии, но и твоя душа будет разрушена.
- Я читала об этом в маминой книге, – тихо сказала осунувшаяся Уизли. – Но ты что, правда, будешь мне платить деньги?
- Конечно. Но только в случае добровольного сотрудничества.
Девочка задумалась.
- Я согласна, – сказала она. – Но только если не придётся делать ничего постыдного…
- Не беспокойся, всё будет в пределах приличий.
- Так что от меня требуется, и сколько ты за это заплатишь, Господин? – В последнее слово Уизли вложила море сарказма и презрения.
- Мне нужна крыса твоего брата, Рона. Принеси её, но сделай этот так, чтобы никто, ни сам Рон, ни крыса не догадались о твоих намерениях. Помести крысу в клетку, отдай мне и получишь за это 100 галеонов.
- Всего-то? – удивлённо спросила Джинни. – Ты хочешь эту облезлую крысу и заплатишь за это целую сотню галеонов… В чём подвох?
- Никакого подвоха, Джинни. Ты выполняешь простую работу и получаешь за это деньги. Или тебе что-то не нравится?
- Я принесу тебе эту Мерлинову крысу, но если ты меня обманул… – Джинни гневно взглянула на меня.
- То что? Джинни, пойми, ты не в том положении, чтобы торговаться и угрожать. Даже если всё каким-то чудесным образом всплывёт, вспомни тот факт, что ты маньячка, Наследница Слизерина, которую остановил отважный Пуффендуец. Я просто скажу, что боялся тебя и пытался предпринять всё возможное, чтобы остановить.
- Я не делала этого… – Джинни растерялась и слегка запаниковала. – Точнее, это делала не я, меня заставили…
- Думаешь, в это поверят? У тебя есть доказательства того, что тебя заставляли, кроме твоих слов?
- Нет, но… – протянула Уизли. – Был дневник. Это всё он! Он заставлял меня натравливать василиска на грязнокровок.
- Звучит, как бредовая отговорка, не находишь?
- Эй, как тебя, я же сказала, что согласна работать на тебя, – тут же пошла на попятный Уизли.
- Меня зовут Гарри Адамс, запомни имя своего Господина.
Я решил провести эксперимент и попробовал через метку послать другое ощущение, противоположное боли.
Сконцентрировавшись на магической связи, посылаю мысль-приказ: «испытай счастье, радость, эйфорию, оргазм».
Девочка часто задышала, покраснела, что с её рыжими волосами и веснушками выглядело довольно забавно. Она приоткрыла рот и удивлёнными глазами уставилась на меня.
- Ах… Ой… – Издала Джинни эротичный стон и положила правую ладошку себе на пах, крепко сведя ноги вместе. – А-а-а-а… – Ещё более громко застонала девочка, после чего закатила глаза.
Ничего себе! Вот это у «метки» широкий спектр воздействий… Может быть, Воландеморт именно так управлял своими сторонниками? Но если с девушками всё понятно, можно чередовать пряник и кнут, наслаждение и боль, но вот с мужичками – это какое-то извращение получается. Откровенная бесконтактная содомия…
Через несколько секунд у Джинни закатились глаза, она вся обмякла, словно стала сделанной из пластилина, и устало привались спиной к дверце туалетной кабинки.
- Что это было? – хриплым голосом спросила она, немного придя в себя.
- Боль ты уже на себе испытала, хоть и самую слабую, но сильную тебе вряд ли захочется проверить в деле. Теперь же ты почувствовала на себе обратное, то, чем Господин может наградить хорошего слугу. Выбирай, что тебе больше нравится, быть хорошей и послушной девочкой, или плохой и непослушной.
Джинни стыдливо раскраснелась, пряча глаза и уставившись ими пол.
- Прошу, не надо так делать, – тихо сказала она.
- Всё зависит исключительно от тебя. Иди. Встретимся тут в это же время, надеюсь, крыса будет у тебя.
Девочка едва заметно кивнула и пулей выбежала из туалета.
- Эх… Староват я, чтобы развлекаться с такими соплюшками. Но ментальная связь не считается же за домогательства? Я её и пальцем не тронул… – Тихо вслух стал рассуждать сам с собой. И мысленно додумал. – Обычно девушки парням имеют мозги, я же поломал систему!
Достав из кармана Сквозное зеркало, я его раскрыл и увидел темноту, означающую, что Блэк носит своё зеркало в закрытом виде.
- Алло, барсук вызывает нору, приём. Нора, возьми зеркало и ответь. Барсук вызывает нору, как слышно, приём.
В зеркальце забрезжил свет, и появилось обновленное лицо Блэка.
- Нора слушает барсука, – насмешливо ответил Блэк. – Ты чего ерундой страдаешь?
- А вдруг кто-нибудь подслушает? Я чар против подслушивания не знаю, а в Хогвартсе даже у стен есть уши. Тем более у стен. Живые портреты, призраки, заклинания. Так что, батенька, шифр – наше всё!
- Понял, – сказал Блэк. – Ты чего позвал?
- Я нашёл способ достать «клиента». Мой агент за сотню галеонов согласился его передать. От тебя требуются деньги. Лучше давай сразу три сотни золотых, вдруг не выгорит, а с деньгами будет проще получить желаемое.
- Ну и голова у тебя, барсук, - уважительно протянул Сириус. – Я думал вломиться к «клиенту» и схватить его силой, а у тебя агенты среди львов. Удивительно, почему ты не на Слизерине учишься?
- Не-е… Мне нельзя в Слизерин, я ещё пожить хочу... Так что с деньгами? У меня после покупок всего пара сиклей осталось.
- А говорил, что я не умею деньги тратить, – радостно заявил Блэк. – Как можно за пару месяцев спустить несколько десятков тысяч галеонов?
- Нора, ну ты скажешь. Я все деньги в долгосрочные инвестиции вложил, а на руках всего шестьдесят галеонов оставил. Это на один раз по лавкам пройти.
- Знаешь Дракучую иву? – спросил Сириус.
- Конечно – это же местная достопримечательность. К ней никто подойти не может.
- Ты сможешь, – сказал Блэк. – Жду тебя там, через два часа, ровно в десять вечера я застопорю ветки, подам тебе сигнал и ты беги к стволу с северной стороны, я там тебе передам деньги. Там расположен тайный проход из Хогсмита на территорию Хогвартса.